До начала рабочего дня оставалась еще пара часов, поэтому Мара и Бьярн решили купить в таверне свежих булочек, вернуться домой и позавтракать всем вместе. Эрл как раз должен проснуться.
Так и было: сонный мальчишка зевал, сидя в кресле у камина, задумчиво хрустел вчерашним хлебом.
— Ой, а я думал, вы сегодня на службу пораньше, — обрадовался он.
Мара выложила на тарелку теплую сдобу, и комнату наполнил сладкий аромат. Вода в жестяном чайнике закипела, осталось только бросить в него пряных трав для взвара. Как же Мара любила такие уютные семейные посиделки!
Расположилась с чашкой и с булочкой на диване. Как хорошо! Пусть все ужасы на время останутся за порогом.
Вот только расслабиться не получилось: раздался стук в дверь.
— Не станем открывать, — сказал Бьярн, видя, как нахмурилась Мара.
Но требовательный стук не прекращался. Кем бы ни был невидимый посетитель, он оказался удивительно настойчив.
— Вдруг посыльный от Витора, — вздохнула она и отправилась открывать.
На пороге стоял вчерашний незнакомец. Снежная крошка присыпала черные как смоль волосы, насмешливая улыбка тронула кончики губ. При виде Мары не-человек дурашливо поклонился.
Мара услышала, как позади нее вскочил на ноги Бьярн.
— Мара, отойди от двери!
И тут же оказался рядом, заслоняя собой. Молодой мужчина даже не шелохнулся, не сдвинулся ни на шаг, бесстрашно глядя в лицо Бьярну.
— Нам нужно поговорить. Не для того я за вами по всей Симарии гоняюсь… Где мой сын?
— Что? — опешила Мара.
Она ожидала чего угодно, но только не этого вопроса.
Услышала за спиной шлепанье босых ног по полу. Вздох. Тарелка выпала из маленьких рук и разбилась на сотни осколков.
— Па?.. — прошептал Эрл и тут же, захлебываясь от радости, звонко закричал на весь дом:
— Папа!!!
— Эрл, не приближайся! — крикнул Бьярн. — Эта тварь вовсе не твой отец, а только притворяется им!
Мара не знала, что и думать. Оглянулась на Эрла: глаза у мальчишки, как две медные монетки, вот-вот заплачет. А этот… Это… Неужели правда отец? Как такое возможно?
— Сынок… — мужчина сделал шаг навстречу, но тут же захрипел: Бьярн стиснул ему горло, прижал к стене.
— Не смей его так называть! — прошипел он сквозь зубы.
Мужчина, как ни странно, не пытался вырваться. Даже не пробовал отвести огромную руку от своего горла, только молча смотрел в глаза Бьярна: говорить со сдавленными голосовыми связками он не мог.
— Отпусти, задохнется! — испугалась Мара.
— Туда ему и дорога!
Эрл всхлипнул и все же разревелся. Он попытался втиснуться между мужчиной и Бьярном, разнять их, развести своими маленькими руками.
— Папа… Бьярн… Папочка… Бьярн, миленький, отпусти его, это папа мой!
Но Бьярн точно не слышал. Лицо его побелело от ярости.
— Ты убил всех этих девушек! Ты охотился за Марой! Ты не заслуживаешь жизни, тварь.
Мара понимала: надо срочно что-то сделать, но потрясение оказалось настолько велико, что она наблюдала за происходящим словно со стороны, а с места сдвинуться не могла.
Мужчина ухватил Бьярна за запястье, пытаясь отвести руку от горла. Сейчас стало понятно, что и его возможности не безграничны: он пытался вздохнуть и не мог.
Эрл пронзительно закричал и бросился к своему игрушечному деревянному мечу, схватил его, ударил по ноге Бьярна, не переставая при этом плакать.
— Отпусти его! Отпусти! Я тебя больше никогда любить не буду, гадкий Бьярн!
Душераздирающая сцена вытолкнула Мару из ступора. Нет, так не должно быть!
— Бьярн, — она мягко коснулась тыльной стороны его ладони, а после попыталась разжать пальцы. — Не надо. Отпусти. Если он виноват, то получит по заслугам. Но давай выслушаем сначала!
И Бьярн послушался, отпустил, хоть это тяжело ему далось. И незваный гость, и хозяин — оба дышали, как после долгой битвы. Не-человек сполз по стене на пол.
— Чудно… — прохрипел он, закашлялся и нескоро сумел продолжить. — Всегда так гостей встречаете?
— Только убийц, — мрачно отозвался Бьярн.
Эрл скользнул мимо него и кинулся на шею мужчины. И тот в ответ обнял ребенка как величайшую драгоценность, как нечто бесценное — утерянное и вновь чудесным образом обретенное, так что сомнений не осталось, он действительно его отец. Черты его лица разгладились, потеряв немного язвительное выражение. Мара видела сейчас только безграничную нежность и любовь.
— Я никого не убивал, — сказал он, когда дыхание выровнялось. — Так что ты, друг мой, едва не отправил на тот свет невинного человека.
— Человека? — хмыкнул Бьярн, хотя теперь и на его лице читалось раскаяние, так что он пытался казаться еще более суровым и «опасным», чем обычно. — Ты явно не…
— Тссс, — мужчина приложил палец к губам и скосил глаза на прижавшегося к нему Эрла. — Кое-кто не в курсе… Я Рейвен, кстати о птичках. Как-то некрасиво убивать гостя, не спросив сначала его имени, вам не кажется?
Мара фыркнула, не сдержавшись. Ну что за человек? Ладно, не-человек! Пытается острить, хотя ситуация далека от веселой.
А время убегало, Витор ждет на службе. Если прогуляют без уважительной причины — неприятности обеспечены.
Рейвен сам предложил выход.
— Эрл, сынок, ты ведь знаешь, где работает Мара?
