Один из полицейских открывает передо мной дверцу машины. Хочется брякнуться на сиденье, не глядя на него, но воспитание не позволяет, — я коротко, сдержанно улыбаюсь. На большее я сейчас не способна. Охранник резко захлопывает дверь, но это не меняет моего настроения.
— Ничего. Просто Чейс — засранец.
— Засранец, потому что хочет защитить тебя?
М-да, полное отсутствие логики.
— Да.
— Понятненько… — Она откашливается. — Но ведь он правильно делает.
Я бросаю на нее мрачный взгляд.
— Понимаю, ты бы хотела услышать совсем другое, но ведь мы всегда говорим друг другу правду. Ты реально нравишься ему, и плевать мне, что ты там думаешь по этому поводу.
Я не раз страдала, глядя, как он уходит на свидание с другими девушками. Так что ничто меня не убедит, пока Чейс сам мне во всем не признается.
— Неважно, — ворчу я.
Сейчас я не в настроении обсуждать свои чувства к Чейсу. Сиенна и раньше всегда говорила, что мы слишком близки, что парень не стал бы так заботиться о девушке, если бы она была для него просто другом. Но сейчас мы обе понимаем, что она просто пытается меня отвлечь. Сиенна и сама так крепко сжимает сумочку, что даже костяшки побелели.
Неожиданно раздается стук в окно, и мы обе подпрыгиваем на сиденье, а мое сердце пропускает удар.
— Айзек! — выдыхает Сиенна.
Я, тяжело дыша, откидываюсь на спинку сиденья.
Он в порядке.
Айзек кивает, а затем они с Чейсом идут к соседней машине.
— Слава богу, все нормально, — шепчу я, расслабляясь.
Остальные полицейские рассаживаются по машинам. Мы готовы ехать.
Наш водитель заводит мотор, и машина снимается с места.
— Только время зря потратили, — говорю я, откинувшись на сиденье.
— Мы пытаемся отыскать того парня, которого вы видели, — говорит офицер, глядя на нас в зеркало заднего вида.
Он кивает на окно, и я вижу, что клуб стремительно пустеет, студенты расходятся по домам, дрожа на ледяном ветру.
— Если Джейк был там, мы его найдем, — говорит офицер.
Ну да, и если он вышел из клуба вместе со всеми. Только он, скорее всего, уже далеко. Но все равно хочется надеяться на лучшее.
Утром я просыпаюсь без тени похмелья. Вот это да, настоящая победа. Обычно на следующее утро после тусовок у меня всегда раскалывается голова. Как же все-таки приятно, когда не хочется отрубить свою собственную голову. Я сбрасываю одеяло и тут же жалею об этом — мое тело мгновенно обволакивает холод. Что случилось с обогревателем?
Бросаюсь к шкафу, выхватываю теплый халат и кутаюсь в него. Торопливо иду к термостату у лестницы, чтобы сделать потеплее, но тот выключен. Кому, черт возьми, понадобилось выключать его посреди зимы?
Я выхожу на лестницу, и меня пробирает еще больше. Внизу у входной двери лежит белая коробка. Похожа на обувную, только квадратная.
Сердце бьется, как бешеное. Я сжимаю кулаки. Наверное, я встала самой первой, иначе ее бы уже нашли. Но я не хочу открывать ее в одиночку. Мне слышно, как стучит кровь в висках. Что там, в этой маленькой белой коробке? Я отступаю, не сводя с нее глаз, и стучусь в дверь Чейса.
— Чейс, ты спишь?
Тишина.
— Чейс! — громче зову я и стучу снова.
На этот раз он слышит.
— Что? — раздраженно и сонно ворчит он за дверью.
— Тут внизу… посылка. Я не хочу открывать ее одна.
Он не отвечает, но я слышу, как он вскакивает и бежит, в следующую секунду дверь резко распахивается.
— В дом кто-то влез?
— Нет, не кто-то, а что-то. Вон там, — указываю я на коробку.
Мне страшно даже думать, что может оказаться внутри, но сейчас куда важнее то, как именно она оказалась в доме. И, несмотря ни на что, я сразу отмечаю, что Чейс — голый до пояса.
— Какого… Лайла, оставайся здесь, — говорит он и сбегает вниз по лестнице, потирая мгновенно замерзшие руки.
— Ну уж нет, я с тобой!
Мужество мне удается сохранять только в компании с кем-то еще.
— Так и знал, — ворчит Чейс, закатывая глаза.
Я следую за ним, приотстав на одну ступеньку.
Спустившись вниз, подкручиваю термостат и там, делаю потеплее. Бойлер с клекотом оживает и наполняет оба этажа теплом. Чейс оглядывается.
— Вчера, когда я шел спать, температура была в норме. Кстати, уходил я последним.
— Как я боялась, что ты что-то такое и скажешь!
— Но как он вломился? Мы забыли запереть двери? И снаружи дом охраняют, я не понимаю, как такое могло случиться?
— Нам нужно быть осторожнее. — Я передергиваю плечами. — Он ведь мог что угодно сделать, пока был… — Резко втягиваю в себя воздух и хватаю Чейса за руку. — И мы не знаем наверняка, что он ничего не сделал! Сиенна! Айзек! Шарлотта! — кричу я.
— Господи, Лайла, не сходи с ума!
— Я не схожу с ума, он ведь мог ранить их!
— Вы чего там расшумелись? — ворчит Айзек, выглядывая из своей комнаты.
Затем показывается Шарлотта:
— Что? Что стряслось?
— Посылка, — говорю я и тяну шею, ожидая Сиенну.
Она выходит через пару секунд, и я с облегчением вздыхаю. Ее длинные черные волосы все еще собраны в пучок.
— Надеюсь, ты можешь объяснить, почему кричала Лайла? — Она спускается по лестнице, скрестив на груди руки. — Господи, ну и дубак!
