— Завтра мне придется рассказать Райли о том, что случилось в баре, — шепотом говорю я. — И он опять слетит с катушек, начнет нервничать. Чейс, с нами ведь все будет хорошо?
— Сложный вопрос, — вздыхает он. — Но да, мне кажется, что да. Во всех смыслах.
— Почему ты сбежал?
— Не надо нотаций, — вздыхает он. — Это было необходимо. В доме было слишком тихо, на меня все навалилось… Сонни, Айзек. Как будто я только в этот момент понял, что их больше нет. И потом, мне тупо хотелось на свежий воздух.
Из меня сейчас плохой собеседник, так что, если ты уйдешь к Сиенне и Шарлотте, я не обижусь.
Я мягко качаю головой и накрываю ладонью его руку. Чейс переплетает свои пальцы с моими.
— Будем плохими собеседниками вместе. Я не хочу никуда уходить.
— Спасибо, — шепотом отвечает Чейс с прерывистым вздохом.
Я просыпаюсь утром с тяжелой головой. Моргаю, соображая, куда попала. Я уснула у Чейса в кровати прошлой ночью. Сажусь и оглядываюсь, но рядом никого нет. Кровать пуста. Куда он подевался?
И почему у меня так болит голова? Наверное, это стресс так действует.
Выползаю из комнаты Чейса и шлепаю в ванную. Включаю холодную воду, жадно глотаю ее. Как вкусно. Еще бы какую-нибудь таблетку, чтобы голова не раскалывалась.
Спускаюсь за лекарством на первый этаж. Чейс на кухне, за столом. У него в руках конверт.
Что теперь?
Глаз он не поднимает, но слышит меня и протягивает письмо.
Джейк снова использовал буквы, вырезанные из журналов и газет, но я не смотрю на записку, мой взгляд прикован к длинной пряди белокурых волос.
— Господи… это настоящие волосы? Погоди… они что, мои?
Пожалуйста. Пожалуйста, только не мои, не мои.
Чейс не двигается, только поднимает на меня полные отчаяния глаза.
— Как Джейку удалось их достать? — Я наклоняюсь ниже, чтобы лучше рассмотреть волосы, как будто это поможет определить наверняка, кому они принадлежали.
Цвет такой же, как у меня, но это вовсе не значит, что они именно мои. У многих людей светлые волосы, это не редкость.
— Я уже позвонил детективу, она скоро приедет.
— Почему она не приказала этому, своему… кто там сидит снаружи, войти в дом? С ним что-то случилось?
— Не знаю, — хмуро говорит Чейс, наклоняя голову, и я жалею, что вообще открыла рот. — Что-то не так…
Он резко встает и направляется к двери. Мое сердце делает скачок.
— Не ходи туда! — умоляю я, хватая его за плечи. — Чейс, давай дождемся детектива! Пожалуйста! Это же ее работа!
— Мы не можем просто сидеть и ничего не делать!
— Нет, можем!
— Лайла, снаружи сидит офицер Бенджамин Вудард. Именно он следит, чтобы с нами ничего не случилось. У него недавно родился ребенок, первый! Если бы ты была на месте ее жены, разве не захотела бы, чтобы кто-нибудь проверил, в порядке ли ее муж?
Чувство вины окатывает меня, как цунами. Чейс так много знает про этого офицера, а мне даже имя его неизвестно.
— Прости, — говорю я. — Ты прав. Просто… будь осторожнее.
Я следую за ним до двери.
— Оставайся здесь, — велит он.
Он берется за щеколду, и я чувствую его неуверенность. Как будто ему страшно выглянуть за дверь. Мне тоже страшно. Но наш страх не сравним с тем, что почувствует жена офицера, если окажется, что он… не в порядке.
Небо только начинает светлеть, но все уже прекрасно видно. У дорожки стоит полицейская машина. Дверь распахнута настежь. Что внутри, отсюда не разобрать.
— Нет… — шепотом произносит Чейс.
Он выходит во двор и оглядывает улицу, но вокруг — ни души. Морозно.
— Чейс… — зову его я ломким от страха голосом.
Чейс дышит так же тяжело, как и я, выдыхая вихрящиеся облачка пара.
— Я должен посмотреть.
Хочется вцепиться в него и не отцепляться, пока не приедут детективы, но Чейс все равно сделает, что задумал, и не станет меня слушать.
— Только ничего не трогай.
— Это будет не первое найденное мной тело, — качает головой он.
От его сарказма у меня в груди все сжимается от боли. Все это неправильно. Неправильно, что мы привыкаем к трупам. И я изо всех сил надеюсь, что внутри машины нет мертвого тела.
Чейс успевает пройти всего несколько шагов по дорожке, как на улицу с воем сирен и блеском мигалок выруливает машина детектива Лины. С ней — еще один полицейский, детектив Хейес, если я правильно помню. Хотя, скорее всего, я ошибаюсь. У меня с памятью просто беда. Чейс знает все об этих людях и их семьях, а я даже имен их не помню, кроме имени детектива Лины или детектива Александера. Я чувствую себя ужасно, ведь они рискуют своими жизнями, чтобы защитить нас.
Детектив Лина машет нам рукой, веля оставаться на своих местах. Меня это вполне устраивает, и я замираю на пороге как вкопанная. Чейс стоит на дорожке, на полпути к машине. Так холодно, что кожа каменеет.
Полицейские осторожно подступают к открытой машине.
О нет.
С падающим сердцем я слежу за детективом Линой и сразу все понимаю по ее движениям и выражению лица. Теперь я знаю, что офицер Бенджамин в машине. И что он мертв. Чейс подходит ко мне, обнимает и утыкается лицом мне в шею.
