Встаю и широким шагом иду открывать. Если это Максим, ему несдобровать – влеплю ему пощёчину и скажу, как я его ненавижу. И пусть проваливает со своим дурацким видео…
Я распахиваю дверь и теряюсь. Вместо Максима на пороге стоит Амелия, скрестив руки, и как-то осуждающе на меня смотрит.
Первая мысль – Макс показал всем видео и теперь все всё про меня знают, осуждают… Но когда глаза Амелии наполняются слезами, я понимаю, что дело в чем-то другом.
– Как ты могла?! – восклицает она и заходит в мой номер, толкая меня за плечо.
Я мигом закрываю дверь и спрашиваю:
– О чем ты говоришь?
– Оказывается, Булату нравишься ты! Ты же знала? И ничего мне не сказала…Как ты могла со мной так поступить? Мы же подруги!
– Откуда ты узнала? – интересуюсь я тихо.
– Он сам мне написал! Объяснил, почему мне не отвечает! Сказал отстать от него, не беспокоить больше… он думал, что я – это ты, – всхлипывает подруга.
– Амелия, послушай! – Я пытаюсь дотронуться до её плеча, но подруга от меня отшатывается, как будто я ее злейший враг.
Приходится подбирать нужные слова:
– Я сама не знала… не понимаю, почему Булат вообще так подумал… Я никогда на него внимания не обращала…Ты же сама знаешь!
– Он говорит иначе! – кричит Амелия. – Говорит, вы постоянно с ним в гляделки играли!
Какие ещё гляделки? Что этот ненормальный хоккеист ей наплел? Я смотрела на него, только когда Амелия мне что-то про него говорила… Неужели эти взгляды Булат расценил как мою заинтересованность? Вот черт!
Гляжу на подругу, и у меня сердце кровью обливается. Только не это! Только не сейчас. И так слишком много на меня свалилось сегодня… Как будто меня кто-то за что-то наказывает. Что же мне делать?
– У нас с ним ничего не было. Я говорю правду, поверь мне, – умоляю я подругу.
Амелия вытирает слёзы, вздыхает:
– Ты могла мне хотя бы сказать! Я себе места не находила, думала, что не так. Булату писала как дура… А ему, оказывается, другая нравится.
У меня заканчивается терпение после её реакции. Сколько она будет сопли на кулак наматывать?
– Да это он дурак! Полный идиот! У него не было ни одной причины думать, что это я. А если ему это так важно… надо было сразу спрашивать фотографию. Все парни – одинаковые эгоисты, думают только о себе, ненавижу их!
Я останавливаюсь, задыхаясь, и понимаю, что сказала лишнего. Последние слова уже явно не про Булата, а про Макса.
Амелия смотрит на меня странно, а потом садится на мою кровать, понурив голову, говорит:
– Может, ты и права. Булат сам виноват. Как он мог считать, что я – это ты?
Я сажусь рядом. Сердце радостно стучит: Амелия больше не обижается на меня! Простила! Обнимаю подругу и спрашиваю:
– Ты ему отправляла свою фотку?
Амелия шмыгает носом:
– Нет, он не просил. Даже не спрашивал, как я выгляжу.
– Вот и дурак! Увидел бы твою фотку, сразу бы забыл обо мне. – Я быстро замолкаю. Снова я сказала лишнего! Да что со мной сегодня такое? Но Амелия смеётся.
Затем встаёт.
– Ладно, прости, Катя, такой день тебе испортила… Ты сегодня чемпионкой стала, а я тут со своими проблемами.
– Да хватит тебе.
– Кстати, а как у вас с Максимом? Виделись же в Питере с ним? Я даже как-то забыла у тебя спросить про него…
Последние дни были такими насыщенными, что я даже не успела рассказать подруге не только про то, что мы виделись, а еще и про то, что он в соседнем номере живет. А я ведь еще планировала их в Питере познакомить. Думала, как классно: близкая подруга и парень теперь будут знать друг друга.
И тем лучше, что ничего не получилось. Не надо ей знать ещё одного придурка. Булата достаточно на ее голову.
– Мы с Максом поссорились, – отвечаю я уклончиво.
– Да? Ого! Из-за чего?
Подруга ждёт подробностей. И было бы, наверное, правильно все рассказать ей. Но я не могу. Стыдно в этом признаться.
Не хочу, чтобы ещё кто-нибудь знал, что к моей «первой любви» приложила руку Милана… Тошно от этого становится. Лучше бы я попала в такую же ситуацию, как Амелия.
У Булата не было никакого злого умысла. Подумаешь – заблуждался, когда переписывался. По какой-то причине думал, что Амелия – другая девушка. Это все поправимо! Они ещё могут встретиться, понравиться друг другу и забыть это недоразумение.
А вот то, что произошло между мной и Максимом, уже никак не исправить. Я ему никогда не смогу поверить. Он предатель.
– Просто он меня обманул. – Я отвожу глаза в сторону.
Чувствую себя паршиво. На душе кошки скребут. Тянет и тянет. Ноет. Хуже физической боли. Лучше бы я руку сломал, чем так…
Вспоминаю равнодушный взгляд Кати – и ещё хуже становится. Да что ж с ней такое! Раньше смотрела на меня, как влюблённая кошка, вся такая мягкая и послушная. А теперь как волчица, хочет перегрызть мне глотку!
Ничего. Я ее приручу… Заставлю делать все, что мне захочется!
Но стоит признать: прежняя милая Катя мне нравилась больше, если честно.
А кто виноват, что пришлось так поступить? Угрожать этим чертовым видео…
Жизнь как будто специально подставляет мне подножки. Все было хорошо, и вот надо устроить такую подставу! Я не Максим Константинович теперь. Я даже теперь не Миронов. А кто я – фиг знает.
