Твой дядя Миша полностью

(Идет к комиссии.) Вы извините нас, товарищи, я вынужден прервать работу вашу.

За сценой труба играет сбор. Солдаты расходятся.

(Председателю.) Получен боевой приказ в семнадцать тридцать наступать на Толедо!

Перрико(подходит к Марианне). Кто знает, Марианна, быть может, никогда уж больше не повидаться нам с тобой… И все же до свиданья, Марианна! (Прощается.)

Педро(на ходу вынимает карту из полевой сумки). Перрико и командиры все, ко мне! (Комиссии.) Товарищи, правительству и героическим всем гражданам Мадрида наш передайте боевой привет. Мы до последней капли крови сражаться будем, но возьмем Толедо.

Звучит труба. Командиры окружают Педро.

Диего. Товарищ капитан, из-за угла наш лейтенант с разведкой показался, идут сюда.

Перрико. Ладно. (Продолжает изучать карту.)

Регино появляется на баррикаде со стороны противника. За ним три солдата.

Регино(идет к Перрико). Перестаю я понимать, Перрико. Прошел я шесть кварталов — пусто!

Перрико. Не все понятно также мне. Но командир мне приказал: остановиться здесь и укрепляться. А дальше — ни на шаг. Ты отпусти людей.

Регино(солдатам, ходившим с ним в разведку). Идите отдыхать, товарищи!

Солдаты уходят. Входят Педро, Кастро, Сант-Яго.

Педро. Как у тебя, Перрико, все спокойно? Перрико. Спокойно, товарищ командир. Как на арене цирка после представленья.

Диего(вскидывает винтовку). Стой! Руки вверх!

Педро. Что там?

Диего. Люди какие-то, товарищ командир.

Педро. Давай сюда!

Диего. Сюда идите!

На сцену входят с поднятыми вверх руками девушка и два горожанина.

Девушка(увидев Педро, опускает руки и бросается к нему). Дядя! Дядя Педро! (Прижимается к Педро.)

Педро(гладит девушку по голове). Мануэлита, маленькая… как ты узнала, что я здесь?

Мануэлита. Весь город знает, дядя Педро, что ты республиканский командир.

Педро(отводит Many элиту в сторону). Ну как отец? По-старому все молится, ворчит…

Мануэлита(сдерживая рыдания). Папу… папу…

Педро. Что с ним случилось?

Мануэлита. Он каждый день из дому уходил к монастырю Санта-Мария. Ходил там под оградой, все думал, как-нибудь удастся ему взглянуть на Микаэлу. (Всхлипывает.) Ее так мучают!.. Вчера, когда республиканцы стали занимать Толедо, его схватили под оградой юнкера и тоже… тоже расстреляли…

Педро(застыл). Как «тоже»? А Рафаэль и маленький Фелиппе?

Мануэлита. Нет, дядя Педро, нет… Ее там только мучают…

Педро. Ты знаешь хорошо, что Микаэла жива еще?

Первый горожанин. Жива, и дети с нею.

Второй горожанин. Я видел их сегодня, Микаэлу и детей. Вели их юнкера в штаб генерала Прадос. Фелиппе маленький узнал меня, он крикнул и побежать хотел ко мне. Но юнкер, тот, который сзади шел, винтовку вскинул на меня, и я… я, Педро, убежал…

Педро. Дети… мальчики мои… И Микаэла, бедная моя… О человеческая подлость!

Входит Пронико.

Пронико. Товарищ командир, к нам в штаб явилось двести девушек и юношей Толедо. Оружия все просят и чести стать республиканской армии бойцами.

Педро. Я с ними буду говорить. Пока раздай оружие.

Пронико уходит.

Мануэлита. Мне можно, дядя Педро?

Педро(задумался). Перрико, к себе возьми Мануэлиту и воспитай бойца.

Первый горожанин. А нам куда, товарищ Педро?

Педро. С Мануэлитой здесь, у Перрико, оставайтесь.

Перрико(Мануэлите). С винтовкой обращаться ты умеешь?

Мануэлита. Нет.

Перрико. Регино, научи!

Регино. Пойдем, Мануэлита. (Горожанам.) И вы, товарищи…

Регино, Мануэлита и оба горожанина уходят.