Твой дядя Миша полностью

Ягор(остолбенел, пристально глядит на сына. Поставил ружье к стене). Ар… чил, сын мой! Ты жив?

Арчил. Отец! (Протягивает к нему руки.)

Ягор(бросается к нему). Сын мой, родной мой! Арчил! Ты жив? Напрасно тебя оплакивали тайком от меня наши старухи.

Арчил(обнимает отца). Конечно, жив, отец. Смотри, какой я!

Ягор. Ты будешь долго жить на свете. Народная мудрость говорит, что человек, которого считали мертвым, живет долго и счастливо.

Арчил. Наш род будет жить вечно, отец.

Ягор. Когда ты приехал, сын? Какой дорогой пришел сюда?

Арчил. Я приехал сегодня морем, отец.

Ягор. Значит, отец может радоваться твоему возвращению и оповестить об этом друзей и соседей?

Арчил(не сводя глаз с Нателлы). Конечно. А как же иначе?

Ягор(обнимает сына). Дорогой мой мальчик! Наконец ты вернулся в отчий дом. Душу отдаст за тебя отец. Ты исцелил мое раненое сердце. Какое счастье! Я — отец трех сыновей, и все они живы, и все они со мной!

Арчил(по-прежнему не сводит глаз с Нателлы, словно изучает ее). Ты ведь помнишь, еще в детстве тянуло меня к путешествиям, к дальним странам, о которых я читал в книгах. Я жил на чужбине. Объехал всю Европу. А потом потянуло на родину, потянуло к тебе, отец, и я вернулся.

Ягор. Я верил, что в жилах моего первенца течет честная кровь Ягора. А это — Нателла. Помнишь маленькую девочку, дочь Сардиона?

Арчил. Как же не помнить!

Ягор. Она — жена моего Надира, твоя невестка.

Арчил. А где Надир?

Ягор. Надир — на посту, он охраняет границу. Он скоро вернется домой. Ты встретишь прославленного брата. Он храбр, как лев, ловок, как тигр, и зорок, как орел.

Арчил. А маленький Дато?

Ягор. Ты не узнаешь его, сын мой. Дато — боевой парень. Он сегодня спит в шалаше, караулит лошадей. Как будет рад Дато твоему возвращению!

Арчил. А ты, отец, все так же крепок, как и раньше; родная земля питает твои корни, и сыновья вокруг тебя — как молодые зеленые ветки.

Ягор(обнимает сына). Мальчик мой! Какая радостная ночь пришла! Какой великолепный день настанет! Нателла, приведи сюда отца. Я хочу поделиться своим счастьем с этим старым медведем. Зови всех к нам в гости. Скажи всем, что Арчил вернулся.

Арчил. Отец!

Ягор. Ступай, Нателла! Созывай гостей. У меня на душе светло и празднично. Я хочу вспомнить молодость. Я сам буду плясать. Я сам буду тамадой на нашем пиру.

Нателла идет к двери, Арчил преграждает ей дорогу.

Арчил. Подожди, Нателла! Никого не зови сюда. Я хочу выспаться до утра.

Ягор. Хорошо, подождем до утра. (Арчилу.) Где твои вещи, сын?

Арчил. Их пришлют из города.

Слышны далекие голоса: «Ау, ау, ау!» Ягор, Нателла и Арчил прислушиваются.

Ягор(хватает ружье). Оказывается, Сардион был прав!

Арчил. В чем дело, отец?

Ягор. Чего ты дрожишь, Арчил? За меня боишься? Думаешь, убьют? (Смеется.) Ты можешь быть спокоен. Ни один волк никогда не уходил от меня. А теперь я ловлю двуногих волков, которые пробираются в нашу страну. Ты можешь гордиться своим отцом, Арчил. Двадцать диверсантов, двадцать хищников, я поймал живьем и пригнал на заставу. (Хочет уйти.)

Арчил(взволнованно). Отец! Остановись!

Ягор. Что с тобой?

Нателла(встревоженно). Отец!

Ягор. Что случилось?

Нателла. Отец, выйди со мной на минуту. Я должна с тобой поговорить.

Арчил. Отец, выслушай меня! Нателла, оставь нас одних.

Нателла. Отец, ты пойдешь со мной?

Арчил. Не слушай ее, отец, останься!

Ягор(встревоженно и внимательно оглядел Арчила и только сейчас заметил, что одежда сына разорвана и лицо расцарапано. Это следы колючек и веток кустарника. Глухо). Нателла, оставь нас одних.

Нателла, не сводя глаз с Ягора и Арчила, выходит в другую комнату.

Арчил. Умоляю тебя, отец! Никто не должен знать о моем возвращении.

Ягор(пошатнулся, словно раненый). Что? Что ты сказал? Повтори. Меня обманывает слух…

Арчил. Не кричи, отец! Нас могут услышать. Никому ни слова о том, что я вернулся. Понял?

Ягор(сел как подкошенный). Почему я должен скрывать твое возвращение?

Арчил. Отец, я перешел границу тайно. Понятно? Если об этом узнают, твой сын будет расстрелян.

Ягор. Кто будет расстрелян?

Арчил. Твой сын. Твой старший сын! Он будет расстрелян большевиками.