— Я была ужасным человеком, — начала Яна, и тогда Мечников обратил на нее внимание. Больше в его глазах не было той рассеянности и потерянности. — Я унижала людей, смеялась над ними, а некоторых — могла даже ударить. Глумилась над учениками своей прежней школы, веселя народ и получая взамен громкие аплодисменты, — горькая улыбка, из которой сочилась бесконечная усталость и скорбь, появилась на красивых губах девушки. Глаза, как стеклянные глазки куклы, смотрели в одну точку и молчали. Ни одно чувство не проскользнуло сквозь них. Ни одно не заиграло. Бесконечная пустота в глазах и немая истерика в душе — результат горьких воспоминаний, — словно мы в цирке, — добавила Яна, издав истеричный смешок. Как жаль, что вся ее предыдущая жизнь — не спектакль дешевого театра с реалистичными сценами и героями.
«Молчи. Все, что летит с твоего рта — это грязь, которой ты пропитана насквозь…»
«Зачем учить, если можно спать с учителями, не так ли, Эва?»
«Ты теперь живешь в сказке? Так позволь, я буду первой, кто разрушит ее…»
— Мне бы безумно не хотелось, чтобы ты увидел прошлую меня. Жестокую, лицемерную, подлую, безгранично наглую. Я лезла в чужие миры только для того, чтоб разрушить их. «Королева хаоса» — мое последнее прозвище, ведь в один момент я осознала, что, черт возьми, творю. Отвращение к себе росло с каждой секундой, — немой всхлип, словно Рыбакова подавилась воздухом. Этот рассказ отдавался тупой болью по всему телу, а особенно — где-то в области легких. Их она даже не чувствовала, как в ту ночь, когда выкурила за раз пачку сигарет, понимая, в кого превратилась. Никотин тогда притуплял боль.
То, что убивает, стало лекарством.
Сигареты и алкоголь.
Чувства и мысли.
Враги и незнакомцы.
Помогало говорить дальше теплое касание и тишина. Он молчал, внимательно вслушиваясь в каждое слово, не оставляя ни единого звука без внимания. Артем пытался прочувствовать ее изнутри, с головой падая в те ощущения, которые сейчас испытывала она.
Дрожь. Дождь. Драма.
— Целое лето я провела за самоанализом, не давая возможности никому залезть в мою голову. Друзей и врагов — в сторону. Собственные желания и мечты — на первое место. Июнь — месяц боли и чувств, ведь эти две вещи для меня всегда стоят рядом. Когда все остальные школьники радовались солнечному теплу и каникулам, я сидела в темной комнате и плакала. За всех тех, кому причинила боль. А их было немало. От постоянного недоедания я похудела почти на десять килограмм. Дистрофия и очень много лекарств. Мысли о суициде и собственном призвании. Июль — месяц порядка и чистоты. Всю грязь и гниль из окружения. И всю грязь и гниль из себя. Хороший сон, медитация, прогулки на свежем воздухе. Абсолютно твердое решение перейти в эту школу, ведь раньше я колебалась. Полная смена окружения, осталась только Света. И бесконечный самоанализ. Щепотка боли и воспоминаний. Щепотка кошмаров и проблем. Август — месяц наполнения и улыбок. Занялась спортом и начала хорошо питаться, в итоге, набрала вес и привела тело в форму. Прочла больше сорока книг с разными сюжетами и жанрами. Я делала все, чтобы не чувствовать пустоты внутри. Серьезно занялась рисованием и помогала бездомным животным. Пыталась прыгнуть выше своей головы. И не упала. Научилась отпускать. А оправдывать чужие надежды — теперь далеко не цель моего существования. Другие учатся жить всю жизнь, а я научилась за три месяца, — такого откровения не ожидал даже Артем, который был готов ко всему. И самое удивительное, что Рыбакова даже и слезинки не пустила. Будто эта история — сюжет какого-то увлекательного фильма или книги, где все персонажи совершенно нереальны. Теперь даже этот холодный ветер казался и ему, и ей легким морским бризом.
Знаете, от чего больше всего воротит?
Как ни старайся выкинуть прошлое из головы,
за каждым углом и любым поворотом,
натыкаешься на его следы.
Страница в сети причиняет массу боли,
и не хочется открывать список друзей.
Но, как ни старайся забыть пароли,
они лишь в голове оседают сильней.
«Здравствуй, дорогой дневник! Я умерла…
01.06.2017»
========== Часть 13. Чистая боль, грязная любовь… ==========
I promise,
I promise myself not to slip back into old habit.
‘Cause heartbreak is savage, and love is a bitch.*
© Two Feet — Love is A B*tch
