Утром 22 июля подсчитали обгоревшие, изломанные "скелеты" меченных свастикой бомбовозов, обрушенных в Подмосковье. 10 срезали зенитчики, 12 истребители. Итого - 22! И это еще не полный итог. Вот что пишет известный летчик-испытатель Герой Советского Союза П. М. Стефановский, тогда начальник истребительной авиации Западного сектора Московской зоны ПВО. Сначала, сообщает он, пришли дополнительные сведения от наземных войск: в ту ночь при возвращении из Москвы "не долетая линии фронта, упало 15 самолетов противника". Позднее о той же ночи прислали донесение партизаны: "В тылу врага разбилось 3 покалеченных немецких бомбардировщика".
Итак, 22 вражеских самолета в зоне ПВО, 15 - в прифронтовой полосе, 3 на территории, занятой оккупантами. Всего 40 "хейнкелей", "юнкерсов", "дорнье". А многие другие так были продырявлены пулями, осколками, снарядами, что еле-еле дотащились до аэродромов. И верно, следующей ночью на Москву вылетели не 250 неприятельских бомбардировщиков, а на сотню меньше. Провал попытки гитлеровцев нанести массированные бомбардировочные удары по Москве очевиден. Геббельс и "воздушный" рейхсмаршал Геринг клятвенно заверяли немецкий народ, что пожар будет гореть на чужой земле, что ни одна неприятельская авиабомба не упадет на Берлин и другие города третьего рейха. Враги вероломно вторглись в глубь нашей страны, мы отступали. Казалось бы, нельзя было и думать об ударе по Берлину. И все же наши летчики дошли до цели и ударили так, что хмурой осенью 1941 года об этом услышал весь мир.
"Подарок" Гитлеру доставили на машинах ДБ-3 конструкции С. В. Ильюшина летчики авиаполка ВВС Краснознаменного Балтийского флота. Командовал полком опытный воздушный боец, кавалер ордена Ленина Евгений Николаевич Преображенский. Советские летчики блестяще выполнили приказ Ставки Верховного Главнокомандования - нанесли бомбовые удары по столице фашистского рейха.
Этой операции предшествовала большая подготовка. Рано утром 4 августа пятнадцать ДБ-3 приземлились на аэродроме Кагул, что на острове Сааремаа в Балтийском море. Начали изучать маршруты, испытывали, какую бомбовую нагрузку могут взять ДБ-3, уходящие в столь глубокий тыл противника.
Вскоре пять экипажей ушли в ночную разведку. Установили: зенитная оборона расположена кольцом в радиусе 100 километров вокруг Берлина. Здесь же - сотни прожекторов, способных засечь самолет на высоте до шести тысяч метров. Вскрыли у берлинской ПВО и нагловатую беспечность, порожденную, очевидно, хвастливыми заявлениями Геринга и Геббельса. Берлин даже не был затемнен!
Смелость, основанная на точном расчете, оправдала себя. Немцы не ожидали подобной дерзости. Уже на подходе наших машин к Берлину гитлеровцы сигналами запрашивали - что де за самолеты и куда летят? Видимо, посчитали, что заблудились свои, и предлагали им сесть на ближайший аэродром...
Ярко светится огнями Берлин. По этим огням и вывел самолеты штурман флагмана Петр Хохлов на самый центр вражеской столицы. А зенитная артиллерия гитлеровцев молчала. Безмятежно сидели на аэродромах истребители ПВО.
Бомбы скользили вниз. Пламя, взрывы... Сбросив груз, все наши бомбардировщики легли на обратный курс. Вот тогда-то и началась в логове врага суматоха. Сотни прожекторов полосовали небо. Взрывались фонтаны зенитных снарядов. Рыскали во тьме истребители. Всё напрасно! Набрав высоту, которой не досягали вражеские зенитки, советские летчики вывели машины из зоны берлинской ПВО. Домой вернулись все.
После этой бомбежки в Германии до конца войны было введено затемнение.
На следующий день берлинские газеты сообщали: "Английская авиация бомбардировала Берлин. Имеются убитые и раненые. Сбито шесть английских самолетов" (?1). Англичане опровергли эту версию. Они заявили, что это сообщение загадочно. Ни седьмого, ни восьмого августа самолеты королевской британской авиации над Берлином не летали.
Вскоре по столице рейха нанесли бомбовый удар четырехмоторные "воздушные крепости" Пе-8 под командованием славного полярного летчика М. В. Водопьянова, а немного позже - группа под командованием майора В. И. Щелкунова.
Продолжал летать на Берлин и авиаполк Е. Н. Преображенского. За десять рейдов было сброшено более 300 тяжелых бомб. Морские летчики Преображенского бомбили и другие военно-промышленные центры врага: Штеттин, Данциг, Свинемюнде, Кенигсберг. За эти дерзкие, умело организованные полеты Евгений Преображенский, Петр Хохлов, Василий Гречишников, Андрей Ефремов и Михаил Плоткин были удостоены звания Героя Советского Союза; многие летчики, штурманы, воздушные стрелки и техники награждены орденами.
Нет, совсем не просто давались победы нашим летчикам! Отпор врагу на границе. Защита Москвы. Бомбардировка Берлина. За все плачено кровью, многими жизнями.
Противоборство в небе продолжалось со все нарастающим ожесточением. На значительной части обширного фронта вначале люфтваффе обладали господством в воздухе. Наши летчики дрались в меньшинстве - гитлеровцы пока имели больше самолетов в строю. Враг был смертельно опасен.