— Мозгами я все понимала. Но когда Поля ночами плакала, и я ее, сидя на фитболе часами укачивала, так тебя ненавидела за то, что приходится все это делать одной. Даже не смотря на слова о том, что мне ничего от тебя не нужно… И еще первый месяц после твоего отъезда каждый день ждала, что ты снова в баре появишься. Вот такая я дура.
Тут мне приходится отвести глаза, чтобы Роберт не увидел, как они стремительно намокают. В горле стоит комок. Я правда тогда такой дурехой была. Жутко напуганной, Пела дурацкие колыбельные и ревела без остановки от усталости и одиночества. И никому, ни одной живой душе не могла в этом признаться.
Становится жарко. Это Роберт прижимает меня к себе, и быстро и часто начинает меня целовать. В волосы, в лоб, в щеки, в шею. Куда придется. И голос хриплый такой, срывающийся. Будто его тоже затопили эмоции.
— Прости, Снежок… Прости, ладно? Прости, что меня не было рядом… Я идиот. Прости, что все пришлось самой… Ты у меня умница… Такая огромная умница… Просто знай, что одной тебе больше никогда не придется.
65
Это утро застает меня в кровати одну, отчего моментально екает сердце. На секунду кажется: вдруг мне все приснилось? Откровения, поцелуи и необъятное тепло, поселившееся в груди после нашего разговора?
Хотя судя по грохоту, раздающегося из кухни, ничего мне не приснилось, и кто-то очень здоровый и очень неуклюжий, пытается разнести мой гарнитур.
Набросив на плечи халат, я выскальзываю из спальни с целью как следует отругать Роберта за испорченный сон Полины, но к своему удивлению застаю совершенно умилительную картину: дочка, болтая ногами, сидит на стуле, наблюдая как ее отец неловко возится у плиты. Судя по коробке молока и открытой пачке Несвик, варит для нее какао.
— Ты зачем папу мучаешь? — давясь смехом, спрашиваю я, моментально забыв о желании его отчитать. — Доброе утро всем.
Приветственно махнув мне ложкой, Роберт вновь сосредотачивается на кастрюле, Полина же как ни в чем не бывало заявляет:
— Он спросил, что я хочу, а я ответила.
Ну вообще, да, сам виноват.
— Ладно, — говорю я, помолчав. — Я иду умываться, а потом буду готовить завтрак. Если конечно Роберт сам не хочет его сделать.
—Лучше иди одевайся, — по-хозяйски распоряжается Роберт, глядя на меня из-за плеча. — Я уже пообещал Полине позавтракать в ее любимых Гуси-лебеди.
Я закатываю глаза. Время и еще и девяти утра нет, а она успела по полной взять его в оборот. Хотя против завтрака вне дома ничего не имею. Настроение у меня воздушное, романтичное. Хочется красиво одеться, может быть даже накраситься немного и выйти на завтрак с семьей.
Со сборами на семейный завтрак я немного увлекаюсь, и после часового ожидания Роберт с Полиной сообщают, что устали ждать и предпочтут спустится во двор. Что тут сказать? Есть свои минусы в том, чтобы внезапно ощутить себя женщиной. Хочется по несколько раз менять наряды, напрягать всех вокруг и опаздывать.
— Мама! — с упреком восклицает дочь, когда я наконец выпархиваю во двор. — Ты красивая конечно, но все равно очень долго…
— Стоило того, чтобы подождать, — улыбается Роберт, выразительно оглядывая меня с ног до головы.
Я смотрю на него с благодарностью.
Делаю шаг к нему, желая ощутить теплое прикосновение к талии, к которому успела привыкнуть, и вздрагиваю от звука мужского и странно знакомого голоса.
— Рада, привет!
Резко повернув голову, я вижу перед собой Алана. Того самого, с кем я тайком сбегала на свидание. Стоит не один. С девушкой.
— О, привет! — от неожиданной встречи и волнения у меня перехватывает дыхание. — А ты здесь… Привет! — я неловко машу рукой его спутнице. — А это моя дочка Полина, а это Роберт…
Мужчины пожимают друг другу руки, отступают. Алан подмигивает скептически уставившейся на него Полинке:
— Приятно познакомиться.
Ничего не ответив, она обхватывает ладонь Роберта и тянет мою.
— Идем, да? У меня уже живот от голода сводит.
Все-таки дочь вылитая я — абсолютно не видит смысла любезничать с теми, кто ей неинтересен. Я встречалась с Алексеем целый год, но когда он вышел из моей квартиры в последний раз, едва ли о нем вспомнила. Роберт совершенно другой. Умеет поддерживать отношения со всеми. Наверное, хорошо, если в будущем Поля переймет у него это качество. Не хочу, чтобы она когда-то чувствовала себя одинокой как я.
Задержавшись на мне взглядом, Алан улыбается без толики неловкости или ревности. Зря я тогда навоображала, что он ко мне чувствами воспылал. Видимо просто маялся без друзей в незнакомом городе и захотелось хоть с кем-нибудь пообщаться. Оно и к лучшему конечно. Ни к чему усложнять.
Оглянувшись, я с новым вниманием оглядываю его спутницу. Худощавая, стройная, темноволосая. Интересно, это та самая, которая ему снилась или случайная знакомая? Склоняюсь ко второму варианту. Первый все же из разряда фантастики.
