— Там же, где и раньше! — недовольно пробормотал Дольф.
— Но я ходил туда, там его нет, — растерялся Гейр.
— Наверное, дверь не открывал, — предположил Кеван.
— Понятно! — Гейр встал. — Спасибо, мне пора, до свиданья!
— Пока.
Вернувшись из клуба в свою опустевшую квартиру, Гейр бесконечно долго вглядывался усталыми глазами в темноту и думал, что где-то там, в темноте, спит, уютно посапывая, его мальчик, возможно, уже нашел другого, сейчас, удовлетворенный, лежит на его плече и ласково гладит чужую грудь нежными пальцами. Невыносимо больно сжалось сердце, как же это все мучительно! Он потер шею, снимая напряжение и внезапно разозлился на себя: да что с ним такое? Почему он опустил руки? Откуда вообще взялась эта не свойственная ему нерешительность? Он будет бороться за свою любовь! И начнет прямо сейчас!
***
Гарнет склонился над кухонным столом: тоскливо как. Нет, он не сделал ошибки, уйдя от Гейра. Сидеть и ждать, когда ему объявят, что теперь у мужчины есть жена и он должен покинуть его квартиру, не собирался. Прожил в доме у Гейра четыре месяца и что, хоть раз услышал, что по нему соскучились или его любят? Нет, его даже не уважали, он был просто вещью, которой пользовались при необходимости и выставляли напоказ на всех этих вечеринках и походах в ресторан, самодовольно хвастаясь перед другими своим трофеем. Красивая безделушка и грелка в постели — только это. И хватит уже думать об этом негодяе! Прошлого больше нет, и пора начинать новую жизнь, забыть все, что было, и с чистого листа… Звонок в дверь заставил вздрогнуть ушедшего в свои мысли парня, торопливо вытерев глаза, он направился узнать, кому там понадобился. Распахнув дверь, Гарнет удивленно уставился на Гейра. Мужчина держал в руках чемодан.
— Здравствуй, Гарни.
— Э-э-э, здравствуй, — парень растерянно посмотрел на чемодан.
— Я жить к тебе.
— Ко мне?
— Да, — отодвинув его в сторону, Гейр бесцеремонно прошел в комнату и поставил в угол свой чемодан.
— Но у меня узкая кровать. — О чем он вообще? Какая кровать? Надо немедля выгнать его отсюда!
— Ничего, мы поместимся!
— Я хотел… ты должен уйти! — Вот он сказал это и испугался, что мужчина действительно уйдет.
— Нет, пока мы не поговорим и ты не объяснишь причину своего ухода!
— Нет никакой причины, я просто ушел, потому что мне надоело!
— Вот так внезапно все надоело, да?
— Да! — выкрикнул Гарни.
— А почему глаза такие грустные? — спросил Гейр.
Взмах ресниц — и глаза надежно спрятаны.
— Неправда, — шепотом, по-другому соврать не получается.
— Правда, ежик! Плохо тебе?
— Нет! — отчаянно, потому что действительно плохо, до тоски невозможной, до печали бесконечной!
— Могу я тебя обнять, ежик?
Парень поднял тоскливый взгляд, выдавая всю свою боль. У Гейра захлестнуло сердце: плохо любимому, без него плохо! Он, вместо того, чтобы отыскать сразу и спросить, тешил свое самолюбие, притворяясь, что ему все равно, а парень страдал. Шагнув к Гарни, обхватил его руками и крепко прижал к себе. Родной. Единственный.
— Так почему ты ушел? — прошептал мужчина ему в макушку.
— Ты все равно скоро женишься, зачем тебе я? — голос дрожит, пробиваясь в слезу.
— И кто тебе такую глупость сказал? — не отпуская, прижимая к груди, желая защитить.
— Твой отец.
— Я его прибью!
— С ума сошел, он старый человек!
— Не буду я его бить! Просто скажу, чтобы убирался в свой дом и все!
— Может, не стоит?
— Нет, стоит! Я долго терпел его капризы, пора его поставить на место, он не имел право так поступать!
— Может, он хотел как лучше?
— Ежик, ты зачем его защищаешь?
— Жалко.
— А ему тебя не было жалко! Глупый ежик! Я так тебя люблю, — зарываясь лицом в пушистые волосы. Тело в его руках напряглось. — Что такое?
— Ты сейчас, что сказал?
— А что я сказал? — Неужели он обиделся, что он обозвал его глупым, но он вовсе не собирался обижать его этими словами! — Прости, я не хотел тебя обидеть!
— Ты любишь меня?
— Да.
— И я, очень сильно.
Ну, почему же таким робким голосом? До сих пор стесняется мой маленький ежик.
— Мне разбирать чемодан или вернешься домой?
— Домой? — удивленно приоткрытый ротик.
Какое же счастье смотреть на любимого, сердце просто захлебывается от нежности, Гейр не сдержался и на несколько секунд прижался к его губам.
— Домой.
— Вернусь!
***
