Потом Джун взялась за Марси, сделав ей высокую прическу, она нанесла на ее лицо макияж и помогла надеть платье. Лэм увидев ее, вскочил и восхищенно проговорил:
— Ах, Марси ты такая красивая, жаль мама с папой не дожили до этого дня!
— Да, — сестра осторожно обняла Лэма. Постояв так с минуту, она отодвинула его и заглянула в лицо. — Не моргай так часто ресницами.
— Мне тушь мешает! У меня ресницы стали тяжелыми.
— Не говори ерунды! Как ресницы могут быть тяжелыми?
— Могут, это ужасно!
— Ты же мужчина, что для тебя несколько граммов туши, ты же сильный!
И вот что на это можно ответить? Лэм только и смог, что растерянно похлопать ресницами. Сестра, взяв его за руку, отвела к зеркалу. Парень, неверящими глазами, уставился на свое отражение. Это что, он? Куда делась его мужественность? Высокая прическа открыла тонкую шею, и из-за этого он теперь казался нереально хрупким, Лэм судорожно сглотнул. Сестра вскрикнула, испугав его:
— Кадык.
— Что кадык? — боязливо спросил парень, она ведь не собирается удалять его хирургическим способом? Хотя зная решительность сестры, он бы не удивился, если она уже приготовила инструменты, а ему только и останется надеяться, что это не будет очень больно.
— Он у тебя небольшой, но он есть! Джун, белые шарфы!
Через минуту кокетливый бант украсил его шею. Стало еще хуже, теперь он был похож на легкомысленную барышню.
— Все, хватит на себя любоваться, жених ждет, — Марси задорно рассмеялась, представив удивленное лицо Ашера и гостей. Схватив за руку брата, она потащила его во двор.
Явление сразу двух одинаковых невест произвело настоящий фурор. Гости на несколько секунд застыли, а потом стали оглядывать парочку, гадая, кто из них настоящая. Ашер захохотал, а потом подошел к ним и стал переводить взгляд с одной невесты на другую, он сразу узнал Марси, но решил подыграть ей, она ведь так старалась! Он целую минуту разглядывал их, задумчиво хмурил брови, а потом сделал вид, что собирается взять за руку Лема, у брата невесты от ужаса распахнулись глаза и Ашер, не выдержав, расхохотался, а потом, взяв Марси за руку, торжественно повел к алтарю. Лэм, не зная, что теперь делать, топтался на месте, его раздирали сразу два желания, пойти посмотреть на венчание сестры и снять это дурацкое платье. Подумав, что платье он снять успеет всегда, а вот на венчание может и опоздать, он решительно зашагал к скамейкам. Усевшись в первом ряду, он с удовольствием выслушал слова священника и посмотрел весь обряд, его романтическая душа пела от восторга, все казалось ему прекрасным и чудесным.
Конор, стоящий рядом с женихом как свидетель, с трудом оторвал глаза от Лэма, мальчик в платье невесты был просто великолепен. Мужчина представил, как он будет снимать его с него, сантиметр за сантиметром оголяя кожу, лаская губами, пальцами… Конор резко оборвал свои сладострастные мечты, нужно немедленно прекратить думать об этом безобразии, священник же рядом. Не хватало еще возбудиться, вот радости он доставит гостям своей торчащей ширинкой. Обряд закончился и Конор сразу же двинулся к Лэму, а то вдруг кому-то придет в голову перехватить его мальчика.
— Пойдем, поедим? — сказал мужчина, беря его за руку затянутую в кружевную перчатку.
— Я в корсете, — пожаловался Лэм. — В меня ничего не влезет.
— А мы что-нибудь легкое и немного.
— Я думаю, мне лучше переодеться!
— Нет! — вскрикнул Конор с излишней горячностью и тут же поспешил исправить свою оплошность. — Успеешь, а пока надо выпить за молодоженов!
— Да. Пойдем.
Конор повел его к столам. Взяв у официанта два бокала, один протянул парню.
— Счастья молодым!
— И детей! — добавил Лэм и выпил до дна.
Мужчина набрал в тарелку крошечных бутербродов и принялся скармливать их парню. Лэм сначала стеснялся, но выпитое шампанское ударило в голову, и он стал раскованнее. Смеясь, он открывал рот, и мужчина вкладывал в него бутербродики, не забывая ласково провести пальцем по его губе. Конор страшно жалел, что вокруг полно людей, и он не может поцеловать парня. Поглощение еды превратилось в чувственную игру, Лэм совершенно потерял голову от мужчины и его неприметных ласк.
***
Лэм открыл глаза и поморщился, голова побаливала. Наверное, не стоило пить столько шампанского, но ведь ему было так весело и хорошо вчера. Вспомнив, что еще произошло вчера, парень залился краской. Конор утащил его к себе домой и в спальне долго снимал с него платье, расстегивая пуговки на спине, целовал каждый открывающийся кусочек. Стянув платье вниз, нежно гладил бедра и ноги, обтянутые чулками. Лэм сладко поежился от чувственных воспоминаний. Потом мужчина уложил его на кровать, и, умело растягивая удовольствие, вознес на вершину наслаждения, заставив стонать и выгибаться от блаженства.
В спальню вошел Конор и, увидев, что парень проснулся, подошел к нему и, поцеловав в губы, спросил:
— Хочешь кофе, соня?
— Да, — Лэм зарделся, он все еще стеснялся, хотя это было немного странно после их близости.
— Ну, тогда беги в душ и спускайся вниз, я тебя жду.
— Конор, погоди, а ты не дашь мне что-нибудь из своей одежды?
— Сейчас.
