— Ты все еще одет и не в постели с раздвинутыми ногами.
Шэйн обомлел. Такого он не ожидал. Только не этих жестоких слов. Только не от человека, к которому успел привязаться всем сердцем. Стараясь подавить дрожь, сотрясающую все тело, он принялся раздеваться. Сняв с себя вещи, лег на кровать и застыл, отвернув лицо к стене. Хэйл, недолго прошуршав одеждой, навалился сверху и, широко раздвинув ему колени, вошел в его тело. Вот так, ни нежности, ни ласки; акт, не приносящий удовлетворения никому. Кончив, вышел из него, похватал свои вещи и отправился в ванную комнату.
Хэйл чувствовал себя просто отвратительно, хотел наказать мальчика, а в итоге наказал себя. То, что сейчас произошло, было настолько гадко, что ничего, кроме мерзкой пустоты в душе, не оставило. У него появилось неприятное ощущение, как будто он осквернил тело любимого. Быстро помывшись и одевшись, он покинул квартиру Шэйна. Смотреть на него он был просто не в силах, стыдясь своего поступка.
Шэйн неподвижно лежал, не отрывая взгляд от стены, и никак не мог заставить себя пошевелиться, ему было стыдно и горько. Он сдвинул раскинутые ноги и, свернувшись в клубок, дал волю слезам.
***
Хэйл не приходил и не звонил два дня. Шэйн терялся в догадках, не зная, что думать. Страсть мужчины остыла, и он стал больше не нужен? Эта мысль заставила сжаться сердце от боли. А Хэйлу было просто стыдно. Он решил, что больше не станет беспокоить парня, но его решимости хватило ровно на два дня. Он страшно соскучился и просто не находил себе места от того, что не видел так долго своего мальчика. На третий день он стоял перед дверью квартиры Шэйна и жал на звонок.
— Привет.
— Привет, входи. — А что он мог сказать еще? Выгонять мужчину не имел права, ведь долг еще не выплачен. И он совсем не рад его видеть, и внутри все замирает вовсе не от счастья, а…, а от чего-то другого!
Хэйл зашел в прихожую. Шэйн, закрывая дверь, на секунду задел его телом, и на мужчину нахлынуло горячей волной возбуждение. Он обернулся к парню и прижал его к двери. Шэйн, возмущенно оттолкнув его, зашипел:
— Убери руки, я тебе не шлюха! — Он не позволит себя трахнуть прямо в прихожей, пусть терпит, пока он ляжет на диван!
— Ты отдаешься мне ради денег!
Услышав эти злые слова, Шэйн замер. Значит, все-таки не ошибся: Хэйл считает его шлюхой.
— А что мне оставалось делать? Они были мне нужны! — закричал он.
— Ты мог их заработать!
— Как я их мог заработать? Ты знаешь, сколько я получаю?
— Какая разница?
— Тебе никакой! А мне и жизни не хватит, чтобы их отдать! Да, я нашел, может, быть не самый лучший выход, чтобы расплатиться с тобой, но ничего другого мне просто в голову не пришло!
— Ты мог бы устроиться на работу, где платят больше.
— Мог бы, если бы у меня не было этого мерзкого шрама или было бы хоть какое-нибудь образование! Только вот нет у меня ничего: ни диплома, ни былой красоты!
— И куда же делась твоя красота? — с сарказмом спросил Хэйл. — Стерлась, что ли?
— Ты что, издеваешься?
— Нет.
— Ты считаешь меня красивым? — поразился Шэйн.
— Можно подумать, ты не считаешь себя неотразимым.
— Не считаю.
— Да неужели? — язвительно прошипел мужчина. — Если бы не считал, то относился бы ко мне по-другому!
— Как я к тебе отношусь?
— Как будто делаешь одолжение, снисходя ко мне!
— Это неправда!
— Не надо мне врать! По-твоему, я слепой?
— Да, ты именно слепой! Иначе давно бы заметил, что я тебя люблю! — яростно заорал Шэйн и испуганно замер, поняв, что в горячке выдал свой самый сокровенный секрет.
Хэйл несколько секунд пораженно молчал, потом шагнул к парню и взял его за руку. Шэйн поднял глаза, и мужчину поразила абсолютная беззащитность его взгляда, подступившие слезы сделали глаза мальчика блестящими и влажными. Шэйн жалобно всхлипнул, и сердце Хэйла не выдержало, он крепко прижал к себе дрожащее тело и сказал:
— Прости, я, правда, слепой! Ослеп от своей любви совершенно, мне казалось, что ты слишком хорош для меня. Боялся, что ты никогда не сможешь полюбить меня. Злился и из-за этого вел себя как идиот.
— Ты хочешь сказать, что любишь меня? — изумленно прошептал Шэйн.
— Да.
— Но ты же… считаешь меня шлюхой.
— Я же говорю, что я идиот! Тебе достался самый тупой мужчина на свете, и слепой к тому же. Я действительно решил, что ты шлюха, но думал так только до того момента, когда впервые обнял тебя и ты меня поцеловал.
— У меня никого не было до тебя.
— Понял я, не так уж и трудно было догадаться. Ты был таким неловким, так отчаянно краснел.
— И вовсе я не был таким! — возмущенно сказал Шэйн.
— Был.
— Ты, наверное, смеялся надо мной из-за этого? — обиженно проговорил парень.
— Нет, малыш, все это вызвало в моем сердце нежность и теплоту, — ласково улыбнулся Хэйл. — Ты очень дорог мне.
— Ты мне тоже.
— Ты ведь согласишься жить со мной?
— Да.
— А если я предложу тебе работу в своей фирме, ты не станешь возражать?
— Нет, но ты ведь знаешь, что у меня нет образования, — сказал Шэйн и с надеждой посмотрел на мужчину. Может, тот все-таки найдет для него несложную работу, с которой он сможет справиться.
