До последней улицы торгов доходит нас трое, мужики ставят по десятке, как я и думал, у меня же остался последний косарь, не мешкая ставлю, озвучив заблаговременно "Олл-ин". Задерживаю дыхание, будто к прыжку в ледяную речку готовлюсь. Вскрываемся.
По телу разносится электрический разряд. Я почти не в силах сдержать победную улыбку. Мог бы, на стол запрыгнул бы. Одиннадцать тысяч! Почти вся недостающая сумма!
— Ну ты парень удивил так, удивил! — привстает Дорин, цепляясь животом за край стола, что тот пошатывается и пожимает мне руку хлопая второй по плечу. Я сдержанно благодарю кивком и отвечаю на рукопожатие. Но мое внимание за худощавым держится: сидит, желваками играет, глаз с моего карэ не сводит, а потом резко подымается цокнув языком и выходит из-за стола.
Да, его Фул хаус сегодня немного не в почете. Бывает.
— Мы же отыграться должны. Пойдем выпьем и еще партеечку, а? — уговаривает мужик, пытаясь мой взгляд поймать и продолжает ладонь мою в своей держать.
Просто взять и уйти из-за такого стола — не реально, это я тоже знаю. Но после нескольких стаканов крепкого и дорогущего виски, который еле влил в себя, меня всё же отпускают, конечно же с обещанием вернуться.
Пока утрясаем все вопросы с фишками, телефонами, камерами и охраной я заметно пьянею. Невозможно пьяным играть, не игра это — пародия. Выходим с Деном, тот тоже бокал опрокинул, но поживее будет, ему еще по вызовам мотаться.
Садимся в машину, отъезжаем, и только когда высокое серое здание становится не в поле зрения начинаем орать.
— Да! С*ка! Да! Мы сделали это! — это самый большой мой выигрыш, и самый нужный! Кураж глаза ослепляет, тело струной вытягивает, эмоции на ружу выдваривает.
Ден дрожащими руками пересчитывает зелень и тоже орёт. Оба на пике! Но я кажется, будто не себе принадлежу.
— Смол! Если не сделаю это — сдохну! Будь другом, а? — выпаливаю на одном дыхании.
— Не пугай меня! — отшатывается тот. — Что надо?
Снова уснуть не получается. Эмоций столько, через край вытечь готовы. Уже светает. Бросаю взгляд на телефон, только пять утра. Рано еще слишком.
Как такая идея могла мне в голову прийти, вообще не понимаю. Смол как узнал что сделать собираюсь — ржал как конь. Но без него бы не смог, точнее напряжно было бы, а я и так, как подклад оставил словно половины сил лишился, даже с мужиками как-то полегче по лезвию ходить, чем таким заниматься.
Думал домой приду и от пережитых эмоций завалюсь сладким сном, ан-нет, не идет он. Раз десять, сообщение удалял и заново писал. Но наконец-то конечный вариант готов и уже ждёт пока отправлю. Вроде получилось коротко и понятно.
Телефон в руке держу, о ней думаю, о деньгах, которые у Дена спрятаны, о Костике, который ворчать будет, что еще на день Фольц в боксе завис, о мужиках тучных и богатых… телефон словно перо, уже не ощущается, а веки наоборот — свинцом наливаются, в сон проваливаюсь.
— Вставай! Нам ехать пора! Ты что забыл? — ворча толкает меня в плечо отец. — Хоть что-то полезное сделаешь, бездарь! — продолжает тот, так же раздражительно кидать словно камни, расхаживая по комнате и обязательно при этом громко шаркая тапками.
Мама тоже не отстает, принимается шуршать пакетами что-то приговаривая. Пожалуй, этот звук можно отнести к разряду тех, что когда его слышишь, по коже мурашки пробегают и зубы сводить начинает. О, а к ним еще добавились и банки с крышками. Прекрасно. Отец съедает равноценное количество мяса и консервации. Хранить такое добро в наших жалких метрах негде, поэтому это одна из главных причин, почему мы каждые две недели ездим на дачу за сто пятьдесят километров- банки, они попросту не помещаются на балконе.
Смотрю на зажатый в руке телефон, семь.
Сажусь на кровать, пытаюсь проснуться, растираю лицо руками, и без зеркала понимаю, что глаза красные, в них словно песка насыпали, но снова стрижка в этом спасает, не увидят. День предстоит адовый, как и всегда.
— Тебя еще долго ждать? — гаркает отец, открывая входную дверь.
— Олег, скорее давай! Бутерброды взяла, в машине поешь. — добавляет немного тише мама.
— Иду! — отвечаю и резким движением, нажимаю "Отправить" давно заготовленное сообщение.
— Сегодня траву покосить надо, и теть Люба сказала забор наклонился, у нее доски есть подходящие, нужно будет к ней пойти, забрать их и заменить. — По привычке, пока едем, мама план работ на день озвучивает. В ходе конечно еще сто других появится, соседка наша, теть Люба, тоже любитель накидать, ощущение, что списокд для меня ведет. То на чердак полезть, то с чердака достать, то груши оборвать, иногда на ровне с мамой юзать не стесняется.