– Как ты думаешь, что произошло?
Пока она думала, что сказать, он уже вышел в прихожую и, обуваясь, позвал Веру.
– Если хочешь, поехали вместе на вокзал. Возможно, придётся взять Штефана к себе, в общем…
– Ты скажешь мне, может, что произошло? – также обуваясь, на ходу, спросила Вера.
– Его обокрали, паспорт, слава богу, остался. По дороге расскажу всё, что услышал.
Подъехав к привокзальной площади, они сразу же увидели Штефана, стоявшего у той телефонной будки, из которой он звонил.
– Я извиняюсь, – огорчённо и с действительным сожалением в глазах обратился Штефан к подошедшим новым знакомым. – но в данной ситуации вы единственные, к кому я могу обратиться. Вы мои спасители! Так получилось, что я остался в том, что на мне надето, и мой паспорт, к счастью, оказался в нагрудном кармане. Остальное, то есть сумку с вещами, в которой также лежал бумажник, украли. Всё украли.
Виктор с Верой одновременно на двух языках начали успокаивать иностранца, попавшего в дурацкую ситуацию. Если честно, им было немного стыдно за то, что подобное произошло в их стране и их городе. Хотя они и не бывали ни разу за границей, но от знакомых, уехавших в Европу и приезжавших в отпуск на родину, неоднократно слышали, что на Западе ничего кроме гадостей о России не показывают и не пишут. А тут ещё такое.
– Да не переживай ты, Штефан, разберёмся как-нибудь! – подойдя и похлопав по плечу жертву преступления, произнёс Виктор. – Как получилось-то всё? Ты хоть запомнил их лица? Силой забрали или обманули? Давай рассказывай.
– Обманули меня. Меня вместе с таксистом. Но вы не подумайте, что я теперь тут плакать буду и говорить, что всё в этой стране так, и т. д. Нет, я в России уже несколько лет назад попадал в историю посерьёзнее. Поэтому тоже думаю, что разберёмся. Я подошёл к таксисту и поинтересовался, сколько он возьмёт за дорогу до Кучерла. Мне показалось, что он меня не понял, и, достав из сумки карту – у меня была с собой карта Алтайского края, я разложил её на капоте его автомобиля. Думал, что будет удобнее наглядно показать ему то место, куда мне нужно. Сумку и лежащую на ней куртку поставил на землю у колеса. Таксист, увидев то место, куда я ему указал пальцем, начал что-то говорить на русском, но я не мог понять. Мне показалось, что он отказывался в такую даль ехать. Чтобы выяснить, повезёт ли он меня или нет, я всегда без остановки показывал пальцами, вот так – потирая подушечки пальцев, ну, как во всём мире это делают. Думал, если он скажет цену, значит, едем, ну, а поторговаться всегда можно. Но в этот момент сзади чей-то голос что-то спросил. Мы обернулись. Перед нами стоял молодой парень, думаю, лет двадцати – алтаец по внешности. Мне показалось, что он спросил то ли сигарету, то ли зажигалку. В общем, таксист, видимо, не имея ни того, ни другого, ответил ему, повернулся ко мне и продолжил что-то говорить. Но оказалось, что парень этот не ушёл и стал вновь громко разговаривать; и ещё, я так понял, он стал оскорблять таксиста. Они начали ругаться, и таксист пошёл на парня. Я думал, что начнётся драка, но парень отбежал немного и вновь начал провоцировать. Таксист побежал за ним, но тот быстро убежал. Вернувшись назад, он собрал с капота мою карту и, свернув её, вручил мне, чем дал понять, что так далеко он не поедет, и показал пальцем на других таксистов, которые работали на частных автомобилях. Я хотел положить карту в сумку, но не обнаружил её там, где оставил. Обошёл вокруг такси и понял, что сумки нет. Таксист также догадался, что я ищу сумку, стал говорить, указывая в сторону того парня, с которым произошёл скандал. Они, видимо, вдвоём работали. Один отвлекал, а второй тайком, с другой стороны, сумку стащил.
– Блин, ты смотри, влип немец наш! На очень старый и всегда действующий способ воришек попался, – обернувшись к Вере и переведя ей краткое содержание рассказанного, добавил Виктор. – В общем, дела обстоят следующим образом. Пока ты останешься у нас, а там посмотрим. Завтра воскресенье, все госучреждения закрыты, поэтому нужно будет ждать понедельника, а сейчас пойдём в отделение милиции, заявление писать. Я переводить буду.
