Так и с капиталом. Во-первых, вирус под названием «капитал» мутировал, опустив реальный сектор, большей частью заменив его финансовым, и стал слишком агрессивен. Во-вторых, он прорвался через зону локализации. Запад, съеден уже несколько веков назад. Ему нужна новая пища. И поэтому в очередной раз, накопив силы, он пустил метастазы на сакральную и духовную часть нашего организма – на Россию. И нужно согласиться, что первое сражение мы проиграли. Но так было всегда. Сакральность не имеет иммунитета против подлости. Не дано от Творца, таков Его промысел. Единственное оружие, данное России Творцом, есть Любовь. И понимая это, капитал пользуется своим преимуществом. Он имеет на это природное право. Ведь любой паразит, хоть и является частью общего организма, но живёт только во имя своего блага и поэтому действует лишь в своих интересах, не зная о существовании целостности мира. Ведь он имеет лишь ум, но не имеет разума, а не имеющий разума обречён на постоянное поражение. Поэтому ситуация действительно не безнадёжна. Процесс излечения организма начался, потому что русский дух в мировой истории вновь должен сыграть роль антивируса или антибиотика, и он уже действует. В подтверждение моим словам далеко ходить не надо. Ты сам пережил действие нашего Божественного инструмента – Любви, на себе и, как результат, получил твоё новое мировоззрение и здравомыслие. Это касаемо твоего вопроса, Штефан. Я думаю, у нас с тобой одинаковое видение происходящего. Просто я рассказал немного другими словами. Мне уже скоро в путь, нужно ехать домой. Жена будет переживать, да и дела ещё есть. Но хочу рассказать тебе кое-что из моей жизни. Если только тебе интересно. Где-то у нас бутылка с водой была?
Заворожённый рассказом Виктора, Штефан машинально наклонился и, достав из-под лавки бутылку с водой, протянул её Виктору и, как бы придя в себя, оценил услышанный им ответ:
– Какой интересный, образный взгляд! Я такого подхода к мировой истории ещё не слышал. Хотя многие европейцы за такой взгляд начнут винить в национализме и необоснованном национальном превосходстве. Но это их проблемы. Для меня всё сходится. И, конечно же, мне интересно выслушать тебя. О чём ты хотел рассказать?
На этот раз с лавки поднялся Виктор и также немного размялся, попрыгав и повертев руками: «Уухх, хорошо!» Потянув руки вверх и стряхнув их внизу, он попил воды и вновь присел на лавку, но уже вдоль, чтобы можно было видеть собеседника. Штефан тоже сделал несколько больших глотков из бутылки:
– Вкусная вода из колодца, чистый вкус. Охота пить не останавливаясь.
Он закрутил пробку и с готовностью слушать поглядел на Виктора.
– Слушая тебя, эту драматическую и в то же время мистическую историю, я понял, что мы не случайно встретились. В наших судьбах есть схожесть. Может, она зеркальная, но многие события очень хорошо накладываются друг на друга. Так вот. Это произошло давно, в девяносто девятом году. Был сентябрь, начался учебный год. Я получил мой первый собственный класс, седьмой «А», в той же школе, где я и сейчас работаю. Я был счастливым человеком. Я кайфовал от моей работы. С ребятами тоже повезло, поняли друг друга очень быстро. В общем, мечта для молодого преподавателя. Но в конце месяца, двадцать первого сентября, в моей жизни произошла ужасная трагедия. Так же, как и ты, я был свидетелем убийства. Но очень близкого мне человека. Это было ужасное, жестокое убийство. И заметь, произошло оно тоже в сентябре.
