Пение же Бишопа оказалось настоящей пыткой. Кейли хорошо помнила отцовский лирический баритон, и то, что она слышала теперь, было лишь жалким подобием прежнего величия. Тот же Боб Дилан обладал не таким уж и замечательным тембром, но зато отличался экспрессией и брал высокие ноты. Чего не скажешь про Бишопа Тауна. Когда Кейли случалось выступать дуэтом с отцом на одной сцене, она частенько устраивала ему испытания: то сделает отклонение в неудобную тональность, то возьмет так высоко, что у бедняги весь лоб покроется испариной.
– Рассусоливать ни к чему, – громогласно повторил Бишоп.
«Про что это он? Про концерт? – задалась вопросом Кейли, а затем вспомнила о грядущем обеде с поклонником. – Когда же он состоится? Завтра или послезавтра?.. Ох, Бобби, Бобби!» – с горечью подумала певица.
– А насчет концерта мы еще обсудим, – словно бы подслушав мысли дочери, продолжал Бишоп. – Посмотрим на твое самочувствие. Может, через денек-другой ты еще и оклемаешься. Так почему бы тогда и не выступить? Но повторюсь: самое главное для нас, чтобы ты была здорова и счастлива.
Кейли снова выглянула в окно и посмотрела на рощицу деревьев, специально высаженных между домом и дорогой для вящей тишины и уединения.
«Отличное укрытие для Эдвина, – подумала она. – Небось подобрался к дому, затаился и наблюдает! – От мрачных мыслей ее отвлекли зазвеневшие из-под пальцев Бишопа арпеджио. – Уменьшенный септаккорд, малый секстаккорд, большой мажорный аккорд, – невольно определила Кейли. – Как у него гитара звучит! В руках у папы даже палка запоет!»
Девушка снова задумалась. Отец никогда не отменял концертов – он пропускал их по уважительным причинам: либо был в отключке, либо сидел в тюрьме.
– Сделай все в лучшем виде, – обратился Бишоп к Шери и поставил гитару на стойку.
Услышав это, женщина, каждый день душившаяся разными духами, вся прямо аж взвилась от радости и в знак благодарности потянулась было к руке мужа, но затем передумала. В присутствии падчерицы Шери пыталась вести себя сдержанно.
«А она старается! Просто из кожи вон лезет! – подумала Кейли и улыбнулась мачехе. – Нет, я вовсе тебя не ненавижу. Ты мне просто не по душе. Извини».
– Помнишь, пару лет тому назад я тебе кое-что подарил? – спросил Бишоп.
– Пап, ну конечно помню. Я храню все твои подарки.
Кейли проводила Бишопа и Шери до двери. И не сдержала улыбки, заметив, как Дартур Морген с подозрением глянул на отца и его спутницу. Парочка втиснулась в огромный пыльный внедорожник: маленькая Шери уселась за руль, а Бишоп, вот уже восемь лет как не водивший машину, на пассажирское сиденье. Через несколько мгновений они пропали из виду.
Звонить и рассказывать о гибели Бобби у Кейли совершенно не осталось сил. Она прошла на кухню, натянула рабочие перчатки и отправилась в свой любимый сад – отвести душу. Цветы, душистые травы, овощи – чего здесь только не росло! Недаром Калифорнию называют самой плодородной частью страны.
В садоводстве Кейли привлекало не единение с природой и уж тем более не возможность поразмышлять на досуге о вечном. Девушке нравилось, испачкавшись по локоть в грязи, на время позабыть обо всем на свете, особенно о музыкальной индустрии.
Она мечтала, как однажды будет играть в похожем садике со своими детишками и запекать для них в горшочке овощи с грядки, делать им всевозможные соусы и печь пирожки.
«Я все-таки отменю этот чертов концерт!» – окончательно решила Кейли, убрала волосы под нелепую парусиновую шляпу и внимательно оглядела грядки. Жара девушку не донимала: ей даже нравились эти обволакивающие потоки горячего воздуха. Не мешали и мельтешащие у лица насекомые. Они словно бы напоминали: жизнь – это не бесконечные гастроли и на музыкальной карьере свет клином не сошелся.
Вдруг Кейли замерла. Внимание ее привлекли вспышки света.
«Нет, только не Эдвин… – подумала Кейли и тут же засомневалась. – Хотя вряд ли он бросил бы свою кричаще-яркую машину. Интересно, кто же это тогда?»
Свет вспыхивал с южной стороны, примерно в ста шагах по левую руку от сада. Солнечные блики играли совершенно в другой стороне от дендропарка, где Эдвин устроил свой наблюдательный пункт. Это была небольшая дорожка, перпендикулярно бежавшая от шоссе к недостроенному дому. Соседний участок еще год тому назад выкупил какой-то застройщик, но не успел он заложить и первый камень, как объявил о банкротстве.
