Я смотрела на брелок и пыталась понять, как же так вышло, что он оказался рядом с местом преступления. Для этого нужно было очень тщательно проанализировать каждый свой шаг после того момента, когда я последний раз брала в руки свои ключи. Конечно, наручниками перед моим лицом не трясли, но откладывать раздумья на потом я не могла и со стороны, наверное, выглядела аки тварь дрожащая.
Кношевская, заметив мои мыслительные потуги, пришла на помощь.
— Красивый брелок, — заметила она. — Кажется, они популярны в Азии. Их называют Манеки Неко, но я могу ошибаться. Откуда он у вас?
— Моей тете привезла знакомая, которая ездила в Японию. А потом тетя отдала его мне.
Татьяна взяла фигурку в руку, покатала по ладони.
— Какой удобный.
— Да, — машинально ответила я.
Она осторожно тронула меня за плечо.
— Пожалуйста, вспомните, когда вы в последний раз видели брелок на связке ключей. Это важно.
Я прикрыла глаза ладонью, пытаясь вспомнить. Но не могла.
Перед глазами упорно вставала картинка: бар «То Место», столик на четверых, Алина с бокалом в руке. Постепенно я стала вспоминать подробности того дня. Ключи я держала в руке перед тем, как покинуть кабинет. Привычно нащупала в сумке брелок, вытащила связку, убедилась, что домой этим вечером попаду без проблем. И все. Больше я к ключам не прикасалась до того момента, пока не оказалась у двери своей квартиры. Там-то и обнаружила пропажу.
— Брелок был потерян с шести вечера до двух часов ночи, — определила я временной интервал. — Примерно в два часа ночи я вернулась домой.
— И снова эти жуткие два часа, — заметила Татьяна. — Что вы делали после того, как покинули «То Место»?
— С коллегой вызвали такси, — отвечала я. — Сначала завезли домой его, а потом и меня.
— Во сколько коллега покинул машину?
Слава богу, это я помнила прекрасно. Таксист всю дорогу слушал джаз, и сразу после того, как мы с Иваном расстались, диктор объявил время: без четверти два.
— Ключи постоянно были в сумке? — продолжала допрос Татьяна.
— Я их до дома не вынимала, — кивнула я. — Стойте. Я же сумку уронила.
— Где и когда?
— Это было в баре, мы вышли с Олегом Петровичем подышать, разговорились, а потом я уронила сумку.
— Он помогал вам собирать то, что из нее выпало? — спросила Татьяна.
— Нет, — ответила я. — Даже попытки не сделал.
Она наклонилась вперед и обхватила колени руками.
— Вы не помните, во что были одеты ваши коллеги? Я имею в виду мужчин.
— Ванины джинсы забыть сложно, — стала вспоминать я. — На каждом колене по дыре. Красные кроссовки, желтая футболка. Человек-светофор.
— Вы бы смогли узнать Ваню на этой записи с веб-камеры? — спросила Татьяна.
— Это не он. Это земля и небо. Ваня очень высокий, у него и прическа приметная, и очки на носу. На видео другой человек.
И тут меня осенила страшная догадка. Я тут же принесла ноутбук и включила видео.
Татьяна не перебивала меня, ждала реакции.
— Не может быть, — только и смогла пробормотать я. — Если это не Иван, не Савостин и не Малахов, то остается только один человек.
— Вы уверены? — прищурилась Татьяна.
— Да, они постоянно цапались, — пробормотала я и поняла, как нелепо это прозвучало.
Татьяна опустила крышку ноутбука и поднялась с дивана.
— Мне бы стакан воды, — попросила она. — А потом мы поедем к вам на работу. Но перед этим я позвоню своим оперативникам. Что-то мне подсказывает, что без них нам будет не обойтись.
Решили поехать на ее машине, и я была не против. Следить за дорогой сейчас я бы не смогла.
Оказавшись в самой гуще событий и занимаясь несвойственными мне делами, я вдруг почувствовала, что не могу сосредоточиться. Не окажись рядом Татьяны, я бы провалила дело, упустила из вида множество деталей и все окончательно испортила.
— Спасибо вам большое, — вдруг произнесла до сих пор молчавшая Кношевская. — Только благодаря вам я за столь короткий срок вышла на преступника. Вы еще во время нашей первой беседы дали понять, откуда может прийти опасность. Я бы с вами поработала, честное слово. Не отвечайте. Отдыхайте, берегите силы. Самое трудное впереди.
По дороге на фабрику нам встретились две аварии, которые при ближайшем рассмотрении оказались не столь серьезными, но последствия в виде дорожных заторов, конечно, напрягали.
Чтобы разрядить обстановку, я решила рассказать Татьяне о причине исчезновения Малахова.
Услышав о подброшенном в сейф компромате, Кношевская заметно напряглась.
