На фабрику по производству радиол попадает рабочий из будущего. Находясь в состоянии частичной амнезии, он создает загадочный аппарат — твонк и маскирует его под продукцию фабрики. Что натворит эта «безобидная» радиола, попав к обычным людям?
На "Мидэстерн Рэйдио" была такая текучесть кадров, что Микки Ллойд толком не знал, кто у него работает. Люди бросали работу и уходили туда, где лучше платили. Поэтому, когда из склада неуверенно появился низенький человечек с большой головой, одетый в фирменный комбинезон, Ллойд лишь взглянул на брюки типа "садовница", которыми фирма снабжала своих служащих, и дружелюбно сказал:
— Гудок был полчаса назад. Марш работать!
— Работ-та-ать? — Человек с трудом произнес это слово.
Пьяный, что ли? Как начальник цеха, Ллойд не мог этого позволить. Он погасил сигарету, подошел к странному типу и принюхался. Нет, алкоголем не пахло. Он прочел номер на комбинезоне рабочего.
— Двести четыре… гмм. Новенький?
— Новенький. А? — Человек потер шишку, торчащую на лбу. Вообще, он выглядел странно: лицо без признаков щетины, бледное, осунувшееся, глазки маленькие, а в них — выражение постоянного удивления.
— Ну что с тобой, шеф? Проснись! — нетерпеливо потребовал Ллойд. — Ты работаешь у нас или нет?
— Шеф, — торжественно повторил тип. — Работаешь. Да. Делаю…
Он как-то странно произносил слова, словно у него была волчья пасть.
Еще раз глянув на эмблему, Ллойд схватил человека за рукав и потащил через монтажный зал.
— Вот твое место. Принимайся за работу. Знаешь, что делать?
В ответ тот гордо выпятил впалую грудь.
— Я… специалист, — заявил он. — Мои… лучше, чем у Понтванка.
— О'кей, — сказал Ллойд. — Давай и дальше так же хорошо. — И он ушел.
Человек, названный Шефом, на мгновение заколебался, поглаживая шишку на голове. Его внимание привлек комбинезон, и он осмотрел его с каким-то набожным удивлением. Откуда?.. Ах, да, это висело в комнате, куда он сначала попал. Его собственный, конечно же, исчез во время путешествия… Какого путешествия?
"Амнезия, — подумал он. — Я упал с… чего-то, когда это что-то затормозило и остановилось. Как здесь странно, в этом огромном сарае, полном машин!" Это место ничего ему не напоминало.
Ну, конечно, амнезия. Он был работником и создавал предметы, а незнакомое окружение не имело значения. Сейчас его мозг придет в себя, он уже проясняется.
Работа. "Шеф" осмотрел зал, пытаясь расшевелить память. Люди в комбинезонах создавали предметы. Простые предметы. Элементарные. "Может, это детский сад?"
Выждав несколько минут, "Шеф" отправился на склад и осмотрел несколько готовых моделей радио, соединенного с фонографом. Так вот в чем дело! Странные и неуклюжие вещи, но не его дело их оценивать. Нет, его дело производить твонки.
Твонки? Слово это буквально пришпорило его память. Разумеется, он знал, как делать твонки, прошел специальное профессиональное обучение и делал их всю жизнь. Видимо, здесь производили другую модель твонка, но какая разница! Для опытного профессионала это — детские шалости.
"Шеф" вернулся в зал, нашел свободный стол и начал собирать твонк. Время от времени ему приходилось выходить и воровать нужные материалы. Один раз, не найдя вольфрама, он торопливо собрал небольшой аппаратик и создал его из воздуха.
Его стол стоял в самом темном углу зала, правда, для глаз "Шефа" света вполне хватало. Никто не обращал внимания на его радиолу, уже почти законченную. "Шеф" работал быстро, и до гудка все было готово. Можно бы наложить еще один слой краски — предмету не хватало мерцающего блеска стандартных твонков — но тут ни один экземпляр не блестел. "Шеф" вздохнул, заполз под стол, безуспешно поискал релакс-пакет и заснул прямо на голом полу.
Проснулся он через пару часов. Завод был совершенно пуст. Может, изменили график работы? А может… В мыслях "Шефа" царила странная неразбериха. Сон развеял туман амнезии, если она вообще была, но "Шеф" по-прежнему не мог понять, что с ним происходит.
Бурча что-то себе под нос, он отнес твонк на склад и сравнил его с остальными. Снаружи твонк ничем не отличался от новейшей модели радиолы. Следуя примеру товарищей по работе, "Шеф" старательно замаскировал все органы и реакторы. Когда он вернулся в зал, с его мозга спал последний покров тумана. Руки его конвульсивно дрогнули.
— А, чтоб тебя! — Он даже поперхнулся. — Все ясно, я попал в складку времени!
Боязливо оглядываясь, он помчался на склад, туда, где очнулся в самом начале, снял комбинезон и повесил его на место. Потом прошел в угол, помахал в воздухе рукой, удовлетворенно кивнул и сел на пустоту футах в трех над полом. И — исчез.
— Время, — выводил Керри Вестерфилд — это кривая, которая в конце концов возвращается в исходную точку.
Положив ноги на выступающий каменный карниз, он с наслаждением потянулся. На кухне Марта позвякивала бутылками и стаканами.
— Вчера в это время я пил мартини, — заявил Керри. — Кривизна времени требует, чтобы сейчас я получил следующий. Слышишь, ангел мой?
— Наливаю, — ответил из кухни ангел.
— Значит, ты поняла мои выводы. Но это не все. Время описывает не окружность, а спираль. Если первый оборот обозначить "а", то второй окажется "а плюс 1". Таким образом, сегодня мне причитается двойной мартини.
