«Здравствуй, свет моих очей, солнце моей вселенной! Сегодня получил возможность переслать тебе весточку. К сожалению, связь возможна только в одну сторону: от меня – к тебе. Зато я узнал, что отправлять свои послания смогу хоть каждую неделю. Сергей, обещал сообщить тебе где я сейчас. В письме этого лучше не писать.
Сообщаю что со мной все хорошо: жив, здоров и трезв :). Хотя налить настойчиво предлагают. Но я решил что больше не пью, значит, не пью и точка. Эти три месяца прошли не в пустую. Я изменился. Очень. Стал больше ценить минуты жизни. Особенно меня греют воспоминания о часах проведенных с тобой. Одно осознание того, что ты где-то есть, наполняет меня радостью.
Я не собираюсь быть здесь долго. Жди меня и я вернусь. Обязательно вернусь. Надеюсь, не с пустыми руками, чтобы бедным родственником не выглядеть. Твой Мишутка :).
P.S. Если со мной что-то случиться, тебе сообщат таким же способом.»
Света положила на колени помятый листок компьютерной распечатки и закрыла покрасневшие от невыплаканных слез и нервного напряжения глаза.
Сегодня утром, когда мальчишка курьер принес на работу пакет срочной почты, она ничего такого не ждала. Да! У нее теперь есть работа. Эти уже четыре месяца тоже не прошли бесследно.
- Ты чего спать не ложишься? Тебе же на работу завтра вставать? – Лена новая подруга и по совместительству соседка, вышла на кухню в одном ночном халатике.
- Мне сегодня Миша письмо прислал.
- Ну наконец-то! Они соизволили! Хоть через три месяца, а не через год! – в голосе девушки отчетливо слышен сарказм и досада за свою «глупую» подругу.
- Ты не понимаешь! Он раньше не мог!
- Да уж, конечно, куда мне! Сургут – это ж другая планета! Оттуда же письмо надо через лунную станцию отправлять! А станцию китайцы еще не построили!
- Он не в Сургуте… - сказала и почувствовала, как предательски свербит в носу, а отступившие было слезы снова готовы политься из глаз.
- Да? А где же?
- В Зоне.
- В зоне? На Колыме золотишко что ли моет? – Лена явно не ждала такого поворота. По описаниям на бандита подругин парень походил меньше всего.
- Да не, – на лице Светы промелькнула, сразу померкнувшая улыбка, – в другой зоне – в «Зоне Отчуждения».
- Чего!? Он совсем сбрендил, этот твой Миша? Оттуда же… – подруга вовремя прикусила себе язык, недав сорваться окончательному вердикту «невозвращаются».
Светлана все-таки расплакалась. Слезы, упорно сдерживаемые в ресторане во время встречи с Сергеем, и после на заднем сиденье его Ауди, по дороге домой, прорвали плотину и хлынули из глаз бурным потоком. Очищающей волной они смыли напряжение последних часов и горечь ожидания последних трех месяцев.
Когда поток иссяк сам собой, очистившаяся и закаленная в последнее время душа взяла управление судьбой в свои руки. Это же так просто «Жди меня и я вернусь».
- Я буду ждать! И он вернется! – в голосе девушки сквозила та твердость оружейной стали, которая иногда проскакивает в голосе ее отца.
- Эй, Пограничник, оставайся с нами. Поможешь нам границу охранять. – Сержант Галушко приветливо осклабился.
- Галл, ну чего тут охранять? Зверье после выброса еще сонное, аномалии еще не изучило, они же еще две недели будут как сонные мухи. Вот следующие две недели до самого выброса будет уже опасно. – Влазит в разговор незнакомый молодой долговец.
- Нет, ты видал! В Зоне без году неделя, а уже все знает! Мне сегодня утром Серега Темный говорил, что тушканы на подземной автостоянке сильно громко визжали.
- На автостоянке? Ну, я там мимо буду проходить, могу посмотреть. – Миха поправил свой новый АК-101, – Если что, могу стрельнуть, чтобы вам слышно было.
