Об этой же власти и помощи, пророчествуя, Давид говорил: живый в помощи Вышняго, в кровь Бога небеснаго водворится. Речет Господеви: заступник мой еси и прибежище мое, Бог мой и уповаю на Него (Пс. 90:1–2). И немного ниже: на аспида и василиска наступиши, и попереши льва и змия… Ангелом своим заповесть о тебе сохранити тя во всех путех твоих (Пс. 90:11–13). Те же, которые к плоти пристрастились и любят суетность мира, послушай, что слышат от Господа: Иже любит отца или матерь паче мене, несть мене достоин (Мф. 10:37). И еще: иже не носит креста своего и в след мене грядет, не может мой быти ученик (Лук. 14:27). Также: иже не отречется всего своего имения, не может мой быти ученик (Лк. 14:33). И так желающий быть Его учеником, и явиться достойным Его, и силу от Него получить против духов злобы, отстает от всякого плотоугодливого обычая и обнажает себя от всякого пристрастия к вещественному; и таким образом подвизается против невидимых врагов за заповеди Господни, — как Сам Господь подал нам образец тому в Себе, и тогда, как был искушаем в пустыне от начальника их, и тогда, когдя явяся в мир (во время всенародного служения), был искушаем от тех, кои действовали под влиянием их.
6) Брат сказал: но, отче, заповедей Господних много; и кто может все их иметь в уме, чтобы подвизаться за все, особенно я, человек небольшого ума? — Почему желал бы я услышать краткое слово (немногосложное правило), чтобы содержа его, содевать мне свое спасение. Старец ответил: хотя и много заповедей, брат; но все они совмещаются в одном слове, — следующем: возлюбиши Господа Бога твоего… всею крепостию твоею, всем помышлением твоим; и ближняго своего, яко сам себе (Лк, 10:27). Подвизающийся соблюдать сие слово, исправляет все зараз заповеди. но кто не отрешится, как сказано впереди, от всякого пристрастия к вещественному, тот не может настоящим образом любить ни Бога, ни ближнего. Вместе — и к веществу быть пристрастну, и Бога любить — невозможно. И это внушал Господь, когда говорил: никтоже может двема господинома работати (Мф. 6:24). И: не можете Богу работати и мамоне (Лк. 16:13). Ибо на сколько ум прилепляется к вещам мира сего, на столько порабощается им и презирает заповедь Божию, преступая ее не боязненно.
7) Брат сказал: к каким вещам пристрастие разумеешь ты, отче? Старец ответил: к яствам, к деньгам, к имуществу, всякого рода, к славе, к родным, и другим подобным. — Брат сказал: да, не Бог ли создал все сие, отче, и дал людям на употребление? Как же Он теперь не велит и касаться этого! Старец ответил: точно — Бог создал все это и дал людям на употребление, — и все от Бога произшедшее, хорошо (Быт. 1:31) (и затем нам дано), чтобы мы хорошо тем пользуясь, угождали Богу. но мы, будучи немощны и оземлены помышлением, предпочли вещественное заповеди о любви, и пристрастившись к тому, ведем из за того брань с людьми. Надлежит всему видимому и даже самому телу предпочитать любовь ко всякому человеку, которое служит признаком и любви к Богу, как, Сам Господь показывает в Евангелии, говоря: аще любите мя, заповеди моя соблюдите (Ин. 14:15). Какая же это заповедь, соблюдши которую мы окажемся любящими Его, послушай, что говорит Он опять: сия есть заповедь моя, да любите друг друга (Ин. 15:12). Видишь — взаимная друг к другу любовь составляет любовь к Богу, которая есть исполнение всякой Божией заповеди (Рим. 13:10)? Вот почему и повелевает Господь не только не пристращаться к вещам мира, но отрекаться и от всякого имущества своего тому, кто искренно желает быть Его учеником.
