28) Кто не убоится, слыша что говорит Давид: единою глагола Бог, двоя сия слышах: зане держава Божия, и Твоя Господи милость: яко Ты воздаси комуждо по делом его (Пс. 61:12–13)? — И опять что говорит Екклезиаст: конец слова, все слушай: Бога бойся, и заповеди Его храни, яко сие всяк человек: яко все творение приведет Бог на суд о всяком погрешении, аще благо и аще лукаво (Екл. 12:13–14)?
29) Кто не вострепещет, слыша подобное же и от Апостола, который говорит: подобает всем явитися пред судищем Христовым, да восприимет кийждо, яже с телом содела или блага или зла? (2 Кор. 5:10; Рим. 14:10). Кто же не восплачеи после сего о неверии нашем о иб ослеплении душ наших, — что слыша все это, не каемся и горьких не проливаем слез о таковом нерадении и таковой безпечности своей, которую предзря Иеремия, говорил: проклят всяк творяй дело Божие с небрежением (Иерем. 48:10). Еслиб мы имели заботу о спасении душ своих, то вострепетали бы от слова Господня и поспешили со всем старанием исполнить заповеди Его, от коих спасение наше. Но мы, не смотря на то, что слышим от Самого Господа: внидите тесными враты, вводящими в живот (Мф. 7:13–14), предпочли путь широкий и пространный, ведущий в пагубу. За то, когда приидет Он судить живых и мертвых, услышим от Него: отъидете от Мене проклятии во огнь вечный, уготованный диаволу и аггелам его (Мф. 25:41).
30) И это услышим мы, не только когда наделаем худых дел, но если не понерадим о добрых, и ближняго своего не будем любить. Если же и худых при том наделаем дел, то как стерпим день тот при таком худом состоянии души? Ведать к тому же надобно, что — не прелюбы сотвори, не укради, не убий, — и прочее, — древним сказано было чрез Моисея (Мф. 5:28). Господь же, зная, что христианину, для совершенства в жизни, соблюдение этого только недостаточно, сказал: аминь глаголю вам, аще неизбудет правда ваша паче книжник и фарисей, не внидите в царствие небесное. Почему прежде и после тех слов, всегда требовал совершенной святости душевной, ради коей и тело освящается, и законоположил искреннюю любовь ко всем людям, чрез коих можем мы стяжать любовь и к Нему Самому. Образец этому подал Он нам в Себе Самом и в учениках Своих, как не раз говорено было.
31) Какое оправдание можем мы иметь в день оный, имея такой пред собой образец, и в таком оставаясь нерадении? Нас оплакивая, говорит Иеремия: кто даст главе моей воду, и очесем моим источник слез; да плачуся — день и нощь о народе сем (Иер. 9:1), — что сподобясь такой благодати, пребываем в таком нерадении, или паче, исполнены вского зла. О нас, слышу говорит и Моисей: яде Иаков и насытися, и отвержеся возлюбленный: уты, утолсте, разшире: и остави Бога сотворшаго его, и отступи от Бога Спаса своего (Втор. 32:15). Об нас плачеи и Михей, говоря: у, люте мне душе, яко погибе благочестивый от земли, и исправляющаго несть в человецех; кийждо ближняго своего озлобляет озлоблением, на зло руки своя уготовляют (Мих. 7:2–3). Равным образом и Псалмопевец об нас говорил, моляся: спаси мя Господи, яко оскуде преподобный, яко умалишася истины от сынов человеских (Пс. 11:2).
