Поэтому, когда по доказанному, невероятен выставляемый вами предлог, будто бы соблазняются этими речениями, скажите: почему не нравится вам речение: от сущности? Ибо прежде всего необходимо спросить: не пишете ли и вы, что Сын рожден от Отца? Если же, именуя Отца, или употребляя слово — Бог, означаете вы не сущность, и разумеете не самого Сущаго, каков Он по сущности, но означаете этими словами что–либо иное окрест Его, или еще и худшее (что да не будет мною и выговорено); то не надлежало вам писать, что Сын от Отца, скорее же, что Сын от того, что окрест Отца, или что в Нем, и таким образом, избегнув необходимости утверждать, что Бог есть истинно Отец, простое разумея сложным, и Бога представляя телесно, сделаться изобретателями новой хулы. А при таком разумении, по необходимости, и Слово и Сына признавать будете не за сущность, а только за имя, и представление свое ограничите уже одними именами, и что говорите, о том не будете верить, что оно есть, станете же думать, что сего нет.
35) Такая же дерзкая мысль свойственна более саддукеям и так–называемым у эллинов безбожникам. Посему скажете, что и тварь сия не есть создание самосущаго Бога, если слова: Отец и Бог означают не самую сущность Сущаго, но нечто иное, как вымышляете вы это. Но даже и представить это только в мыслях злочестиво и крайне неприлично. Если же слышим когда: Аз есмь Сый (Исх. 3, 14), и: в начале сотвори Бог небо и землю (Быт. 1, 1), и: слыши Израилю, Господь Бог Твой, Господь един есть (Втор. 6, 4), и: сице глаголет Господь Вседержитель (2 Цар. 7, 8); то разумеем не иное что, но самую простую, блаженную и непостижимую сущность Сущаго. Ибо, хотя и невозможно нам понять, что такое есть Божия сущность, однако мы, слыша слова: Отец, Бог, Вседержитель, понимаем, что не иное что этим означается, но самая сущность Сущаго. Вы сами сказали, что Сын от Бога, — следовательно сказали, что Он от сущности Отчей; прежде же вас Писания говорят, что Господь есть Сын Отца; а прежде Писаний сам Отец сказал: Сей есть Сын Мой возлюбленный (Матф. 3, 17), и Сын не что иное есть, как рождение от Отца; почему же кажется вам, будто бы Отцы нехорошо сказали, что Сын от Отчей сущности, разсуждая, что совершенно то–же значит, сказать ли: от Бога, или сказать: от сущности? Ибо все твари, хотя говорится о них, что получили бытие от Бога, не суть от Бога, как Сын; потому что по природе суть не рождения, но произведения. Сказано: в начале Бог, не родил, но сотвори небо и землю, и вся, яже в них (Быт. 1, 1; Псал. 145, 6); и: не раждаяй, но творяй Ангелы Своя духи, и слуги Своя пламень огненный (Пс. 103, 4). Если же Апостол сказал: един Бог, из Негоже вся (1 Кор. 8, 6); то говорит сие, не сопричисляя ко всему и Сына. Но поелику одни из эллинов думают, что тварь произошла случайно из сцепления атомов и сама собою составилась из частиц однородных, и не имеет Виновника, другие же полагают, что, хотя получила она бытие от Виновника, но не Словом; и каждый из еретиков, как хотел, вымышлял и баснословил о происхождении твари: то Апостол, по необходимости, сказал: от Бога, чтобы и Творца соделать ведомым, и показать, что создание всего зависело от Его изволения. Но тотчас присовокупляет: и един Господь Иисус Христос, Имже вся, чтобы исключить тем Сына из наименованнаго речением: вся. Ибо все именуемое Божиим произошло чрез Сына, и невозможно, чтобы сотворенное имело одно начало бытия с Зиждущим. Еще же Апостол научает сим, что сказанное здесь: от Бога, имеет значение относительно к тварям, и разумеется иначе, нежели когда сказуется о Сыне; потому что Сын есть рождение, а твари — произведения; посему, Сын есть собственное рождение сущности, а твари — создания Божия изволения.
