Творения полностью

Но иной из допытывающихся спросит еще: «как это возможно? Почему, когда в нас Дух, говорится, что в нас Сын; и когда в нас Сын, говорится, что в нас Отец? Или почему, где всецелая Троица, там означается Она Единым? Или почему, когда в нас Единый, говорится, что в нас Троица»? Пусть же спрашивающий отделит сперва сияние от света, или премудрость от премудрого; или пусть скажет: как это возможно? Если же не в силах он сказать сего, то тем паче разве беснующимся свойственна дерзость предлагать подобные вопросы о Боге, потому что, по сказанному, учение о Божестве преподается не в умственных доводах, но при посредстве веры и благоговейно благочестного помысла. Если Павел и о спасительном кресте проповедовал не в премудрости слова (1 Кор. 1, 17), но в явлении Духа и силы (1 Кор. 2, 4), а в раю слышал неизреченны глаголы, ихже не леть есть человеку глаголати (2 Кор. 12, 4); то может ли кто рассуждать о самой Святой Троице?

Впрочем, такому недоумению можно пособить предварительно верою, а потом сказанными выше уподоблениями, и именно: образ, сияние, источник, река, ипостась, начертание . Ибо как Сын пребывает в собственном Своем образе — в Духе, так и Отец — в Сыне. И божественное Писание, устраняя невозможность истолковать словом и даже постигнуть мыслию, дает нам таковые уподобления, чтобы, по причине неверия дерзновенных, можно было сказать просто и сказать безопасно, представить самым дозволенным образом и уверовать, что единое есть освящение, совершаемое от Отца чрез Сына в Духе Святом. Ибо, как Сын единороден; так и Дух, подаваемый и посылаемый Сыном, есть един. Не многие посылаются Духи; и посылаемый Дух не один из многих, но единствен. Поскольку един Сын, едино живое Слово; то надлежит, чтобы совершенная, полная, освящающая и просвещающая, живая действенность Его, была едина, един был Дар, Который сказуется исходящим от Отца; потому что Он возсиявает, посылается и преподается Словом, а Слово мы исповедуем происшедшим от Отца. И действительно, как Сын посылается Отцем; ибо сказано: тако возлюби Бог мир, яко и Сына Своего Единородного послал есть (Иоан. 3, 16): так Духа посылает Сын; ибо говорит: аще Аз иду, послю Утешителя (Иоан. 16, 7). И как Сын прославляет Отца, говоря: Отче, Аз прославих Тя (Иоан. 17, 4); так Дух прославляет Сына, ибо сказано: Он Мя прославит (Иоан. 16, 14). Как Сын говорит: яже слышах от Отца, сия глаголю в мире (Иоан. 8, 26): так Дух от Сына приемлет; ибо сказано: от Моего приимет, и возвестит вам (Иоан. 16, 14). Как Сын пришел во имя Отца; так о Духе говорит Сын: Дух Святой, Егоже послет Отец во имя Мое (Иоан 14, 26).

21) Поскольку же у Духа с Сыном и сила и естество таковы же, каковы у Сына со Отцем; то называющий Духа тварью не ту же ли самую мысль по необходимости будет иметь и о Сыне? Ибо, если Дух Сына есть тварь; то еретикам следует утверждать, что и Слово Отчее есть тварь. Так думали ариане, и впали в Каиафино иудейство. Если же те, которые утверждают подобное о Духе, не присвояют себе Ариева образа мыслей; то пусть избегают они и Ариевых речений, и не нечествуют в учении о Духе. Как Сын, Который во Отце и в Котором Отец, не есть тварь, но собствен Отчей сущности (а вы говорите о себе, что утверждаете то–же самое): так и Духа, Который в Сыне и в Котором Сын, непозволительно причислять к тварям и отделять от Слова, Троицу же представлять несовершенною.

Посему, что касается до изречений Пророческого и Апостольского, смысл которых извратили сии обратные, и тем сами себя ввели в обман; то этими изречениями достаточно изобличается невежественная хула сих еретиков. рассмотрим же, наконец, одно за другим и другия изречения в божественных Писаниях о Духе Святом, и как искусные торжники рассудим, имеет ли Дух что–либо свойственное тварям, или Он собствен Богу, почему бы нам наименовать Духа или тварью, или иным от тварей, собственным же Божеству в Троице и Единым в сем Божестве? В таком случае и еретики устыдятся, может быть, узнав, сколько несогласны с божественным словом изобретенные ими хульные речения.