Творения полностью

Хранители непорочной нашей христіанской веры и ревнители славы Божіей, верные императоры [2] наши, имеющіе попеченіе обо всемъ, чт'o угодно Господу и что полезно намъ христіанамъ, ныне же особенно сильно озабоченные делами церковными, при обсужденіи вопроса о назначеніи архіерея для этого царствующаго города своего, на мне остановили благочестивую мысль свою и приказали уведомить меня о томъ, что имъ угодно было остановиться на мне. Когда же я объявилъ, что недостоинъ этого и не делалъ имъ ни малейшей уступки, какъ не имеющій силъ поднять и понести это тяжелое иго, то они повелели представить меня предъ ваше лицо; такъ какъ и вы разделяете это ихъ желаніе. Итакъ теперь вы, мужи, боящіеся Бога и всегда имеющіе Его въ сердцахъ своихъ, называющіе себя именемъ Христа, истиннаго Бога нашего, то есть христіанами, выслушайте краткую апологію отъ нашего смиренія и ничтожества. Все, что я высказалъ уже въ свою защиту благочестивымъ и всеправославнымъ императорамъ нашимъ, выскажу и предъ лицомъ вашимъ. Мне страшно согласиться на такое избраніе, и отъ лица Божія я впиваю въ себя боязнь решиться на это такъ легко и безъ всякой осмотрительности, чтобы не подпасть страшному осужденію. Если сподобившійся услышать гласъ Божій, имевшій училищемъ небо, сделавшійся созерцателемъ рая, слышавшій неизреченные глаголы и пронесшій имя Божіе предъ лицомъ народовъ и царей, божественный апостолъ Павелъ, въ посланіи къ Коринфянамъ, говорилъ: да не како инымъ проповедуя, самъ неключимъ буду (1 Кор. 9, 27); то какъ же я, обращающійся въ міре и принадлежащій къ числу мірянъ, подвизающійся на императорской службе [3], такъ необдуманно и неосмотрительно могу ступитъ на высоту священства. Это будетъ решимостію страшною для моего ничтожества и попыткой дерзкой. — Но самая важная причина моего страха и отказа заключается въ следующемъ: смотрю я и вижу: основанная на камне Христе, Боге нашемъ, Церковь Его ныне разсекается и разрывается и мы въ одно время говоримъ такъ, въ другое иначе, а наши восточные единоверцы еще иначе; съ ними единогласны и христіане западные; и мы отчуждены отъ нихъ и каждый день анафематствуемся ими. Тяжелое наказаніе анафема; оно удаляетъ отъ Бога, изгоняетъ изъ Царства небеснаго, увлекаетъ во тьму кромешнюю. Законы и определенія церковныя не знаютъ разделеній или споровъ; но какъ свойственно имъ благочестиво исповедывать одно крещеніе и одну веру, такъ же точно известно имъ одно лишь согласіе во всякомъ церковномъ деле. Ничто такъ неблагопріятно и неблагоугодно Богу, какъ то, чтобы мы объединились и сделались единою вселенскою Церковію, какъ мы исповедуемъ это и въ символе нашей непорочной веры. Итакъ, братія, я прошу, — думаю, что и вы пр'oсите, потому что знаю, что имеете страхъ Божій, — благочестивейшихъ и православныхъ императоровъ нашихъ созвать вселенскій соборъ, чтобы мы, какъ сыны единаго Бога, были едино, какъ почитатели Троицы, были объединенными, единодушными и равночестными, какъ члены единой нашей Главы Христа, были единымъ стройнымъ и неразрывнымъ теломъ, какъ почитатели Святаго Духа, шли не другъ противъ друга, но другъ съ другомъ, какъ почитатели истины созерцали и говорили одну истину, чтобы не было между нами ни вражды, ни раздора, и чтобы миръ Божій, превосходящій всякій умъ, ограждалъ всехъ насъ. И если защитники православія, императоры наши, повелятъ внять моей справедливой просьбе, то уступлю и я, исполню ихъ повеленіе и принимаю вашъ выборъ; если же нетъ, то я нахожу невозможнымъ сделать это, чтобы не подпасть подъ анафему и не быть осужденнымъ въ день праведнаго Судіи всехъ, когда не могутъ выручить меня ни императоры, ни священники, ни начальники, ни масса народа. Ответьте, братія, на мою апологію, лучше сказать, на мою просьбу такъ, какъ лучше и какъ вамъ угодно.

Все съ удовольствіемъ выслушали то, что говорилось, и все изъявили согласіе на созваніе собора. Впрочемъ несколько безумцевъ стали возражать. Въ ответъ имъ секретарь обратился снова къ народу и сказалъ:

Иконы низвергъ господинъ императоръ Левъ, и когда собрался соборъ, то нашелъ ихъ уже низверженными. И такъ какъ оне были низвергнуты рукою императорскою; то главная сторона изследованія заключается въ томъ, что дерзнули самовольно уничтожить древній обычай, преданный церковію. Но истины Божіей не связали!