Местный архиерей в это время ездил по епархии. Владыку попросили прочитать разрешительную молитву над сим телом. Но и по разрешительной молитве тело осталось в одинаковом положении. Владыка спросил: «Кто он был и что за причина такого положения?» В ответ получил, что он был единственный сын бедной вдовы и против воли матери пошел в монастырь, а мать по причине бедности всегда на него роптала, и кто-то про говорил, что мать его и до сих пор жива. Владыка приказал отыскать мать. Привели девяностолетнюю старуху согбенную. Владыка, указывая на положение ее сына, сказал, чтобы она простила его. Но старуха, отворачиваясь, не соглашалась, повторяя: «Я столько горя перетерпела через него!»
Владыка продолжал убеждать старуху и, наконец, сказал: «Если не простишь, то и сама будешь связана». Убежденная старуха как бы нехотя сказала: «Ну, Бог его простит!» Темное тело тотчас рассыпалось в прах (2, ч. 1, с. 72–73).
…Нужно за грехи понести наказание здесь, на земле… Многие говорят: зачем наказание? Господь милостив, и разбойника покаявшегося простил, и тотчас ввел с Собою в рай. Святые же толкуют иначе: разбойник нес уже наказание прежде, вися на кресте, да и потом ему перебили голени. Значит, смерть была мучительная. Вот он и понес наказание за свои грехи. Так и тебе в наказание накладываю епитимию по двенадцать поклонов в день на целый год за всю твою прошлую жизнь, чтоб там, в будущей жизни, уж больше тебя не наказывали (1, ч. 2, с. 9).
Девство имеет великое значение пред Богом. Святая Дева паче естества сподобилась быть Матерью Пресущественного Сына Божия и, оставаясь всегда Девой, называется Пресвятой. Впрочем, не всякое девство хорошо и похвально, как Сам Господь объявил в Евангелии о десяти девах:
[Если кто-либо из братии по малодушию и нетерпеливости скорбел о том, что его нескоро представляют к мантии или к иеродиаконству и иеромонашеству, старец имел обыкновение так говорить в назидание: «Это, брат, все придет в свое время – все дадут; добрых дел никто не даст» (1, ч. 1, с. 100).]
…Советую вам слова «богомудро, целомудро, преподобно и праведно» приложить к четырем главным духовно-нравственным добродетелям, к совершению которых, по слову смиренного, Никиты Стифата должны быть направлены четыре начальнейшие силы ума человеческого: разум, остроумие, постижение и твердомыслие. Добродетели эти – мудрость, целомудрие, мужество и правда, которыми человек должен ограждаться, чтобы отразить и победить три главные страсти: сластолюбие, славолюбие и сребролюбие. При отражении каждой из сих трех страстей потребно иметь и богомудрый разум, и великое твердомыслие… Мудрости свойственно иметь не только остромыслие, но и дальновидность, и предусмотрительность, и вместе искусство, как поступить (2, ч. 1, с. 83–84).
Между добродетелями главными основными поставляются четыре добродетели: мудрость, мужество, целомудрие и правда. Смиренный Никита Стифат пишет, что каждая из этих добродетелей находится между другими: мужество с одной стороны имеет терпение, а с другой – крепкое сопротивление. Вас публично и даже печатно поносят. Хотя переносить это очень тяжело и оскорбительно, но в девяти блаженствах евангельских главным и высшим поставлено последнее, т. е.
