Творения. Часть 1 полностью

Все же это, как служит признаком Божества Спасителева (ибо чему люди не могли научиться у идолов, тому научились они у Спасителя), так не маловажное заключает в себе обличение безсилия и ничтожества демонов и идолов. Ибо демоны, зная безсилие свое, в древности возбуждали людей к междоусобиям, для того именно, чтобы, по прекращении взаимной вражды, не обратились они к борьбе с демонами. И действительно, ученики Христовы, не ведя войн между собою, и нравами и добродетельною жизнию ополчаются против демонов, и преследуют их, и посмеваются над вождем их диаволом; потому что в юности они целомудренны, в искушениях воздержны, в трудах терпеливы, оскорбляемые охотно переносят обиды, лишаемые небрегут о сем, и что всего удивительнее, пренебрегают смертию, и делаются Христовыми мучениками.

53) И еще скажу об одном весьма чудном признаке Божества Спасителева. Какой вообще человек, волхв ли, мучитель ли, царь ли, мог когда-либо сам собою вступить в борьбу с таким числом противников, и когда все виды идолослужения, все демонское воинство, вся чародейная наука, вся эллинская мудрость были во всей еще силе, процветали и всех приводили собою в изумление, – всему этому противостать, и все это низложить одним ударом, как совершил сие Господь наш, истинное Божие Слово? Он, изобличая невидимо заблуждение каждаго, один у всех врагов исхитил всех людей; и покланявшиеся идолам попирают уже их, дивившиеся волшебствам сожигают чародейныя книги; мудрецы предпочитают всему истолкование Евангелия, и кому кланялись, тех оставляют, а над Кем посмевались как над распятым, Тому покланяются, исповедуя Его Христом Богом; именовавшиеся у них богами изгоняются крестным знамением, распятый же Спаситель в целой вселенной именуется Богом и Божиим Сыном; боги, которым покланялись эллины, осуждаются ими как скверные, приявшие же Христово учение – по жизни целомудреннее тех богов. Ежели все это и подобное этому есть дело человеческое; то пусть, кто хочет, доказывает и убеждает, что тоже было и прежде. Если же все это не человеческим, но Божиим оказывается делом, и действительно есть дело Божие; то для чего столько нечествуют неверующие, не признавая соделавшаго это Владыку? Они в таком же заблуждении, как и человек, который из дел творения не познает Зиждителя их Бога. Ибо если бы познали Божество Его по тем силам, какия явлены Им во вселенной; то уразумели бы, что и телесныя дела Христовы суть не человеческия, но свойственныя только Спасителю всех – Божию Слову. Уразумев же это, как сказал Павел, не быша Господа славы распяли (1 Кор. 2, 8).

54) Как желающий узреть Бога, по самому естеству невидимаго и вовсе не подлежащаго зрению, познает и постигает Его из дел; так и тот, кто не усматривает умом своим Христа, пусть уразумевает Его из дел телесных, и пусть изследует, человеческия ли, или Божии это дела. И если человеческия, то пусть смеется; а если не человеческие, но Божеския, то пусть признает это, и не смеется уже над тем, что не должно быть осмеиваемо, но лучше – подивится, что посредством уничиженнаго явлено нам божественное, чрез смерть распростерлось на всех безсмертие, и чрез вочеловечение Слова дознаны и промышление о всех и Содетель и Зиждитель онаго – само Божие Слово. Оно вочеловечилось, чтобы мы обожились; Оно явило Себя телесно, чтобы мы приобрели себе понятие о невидимом Отце; Оно претерпело поругание от людей, чтобы мы наследовали безсмертие. Само Оно ни в чем не понесло ущерба, потому что безстрастно, нетленно, есть источное Слово и Бог; страждущих же человеков, ради которых и претерпело это, соблюло и спасло Своим безстрастием. И вообще, заслуги Спасителя, совершенныя чрез вочеловечение Его, столь велики и многочисленны, что пожелать изобразить их – значило бы уподобиться человеку, который устремил взор на морскую пучину и хочет перечесть ея волны. Как невозможно объять глазами всех волн, потому что чувству покусившегося на это представляются непрестанно новыя и новыя волны; так и намеревающемуся объять умом все заслуги, совершенныя Христом в теле, невозможно даже вместить их в помысле; потому что вновь представляющияся мыслям его – гораздо многочисленнее тех, которыя, как думает он, объял уже мыслию. Посему лучше не отваживаться говорить о всех вообще заслугах Христовых, когда и части их изобразить невозможно, но упомянуть еще об единой, и предоставить тебе самому удивляться всем в совокупности; потому что все оне равно удивительны, и куда бы ни обратил кто взор, повсюду его в изумление приводит Божество Слова.