Творения. Часть 2 полностью

33) Хотя совершенно неприлично, что некоторые из епископов, устрашась сего, переменили свои мнения; но гораздо неприличнее, что неполагающиеся на правоту своей веры употребляют насилие и принуждают других верить против воли. Так, диавол, поелику нет в нем истины, нападая сечивом и оскордом, сокрушает двери… приемлющих его (Псал. 73, 6). Спаситель же столько кроток, что, хотя спрашивает: аще кто хощет по Мне ити (Матф. 16, 24), и: кто хочет быть Моим учеником, однако же, приходя к каждому, не употребляет насилия, а напротив того, ударяет в дверь и говорит: отверзи Ми, сестро Моя, невесто (Песн. 5, 2); и когда отворяют, входит; когда же медлят и не хотят, удаляется. Не мечем и стрелами, не с помощию воинов возвещается истина, но убеждением и советом. Какое же там убеждение, где страх царев? Или какой совет, где прекословящий имеет пред собою в виду заточение или смерть? И Давид, будучи Царем, когда в руках своих имел врага, и воины его покушались убить сего врага, не со властию запретил им, но, как говорит Писание, словами убеждал мужей своих и не дал им возстать и умертвить Саула (1 Цар. 26, 911). А Констанций, поелику нет у него слова, принуждает всех властию, чтобы всякому было явно, что мудрование их не по Богу, но человеческое, и мудрствующие по-ариеву действительно не имеют Царя токмо Кесаря; потому что христоборцы чрез него делают все, что только хотят.

Но, положив при его помощи строить козни многим, не знали они, что заставят многих сделаться исповедниками; таковы ныне показавшие достославное исповедничество, мужи благоговейные и добрые епископы: Павлин, Епископ Триверов, митрополии галльской, Люцифер, Епископ митрополии сардинской, Евсевий верчелльский в Италии, и Дионисий Епископ Медиолана, также митрополии италийской. Ибо Царь, призвав их, приказывал подписаться против Афанасия и вступить в общение с еретиками; потом, когда они, удивившись этому новому предприятию, сказали, что нет такого церковнаго правила.-он тотчас возразил: «Я хочу этого правила, исполняйте; так сказано мною и епископам сирийским, и они согласны. Поэтому и вы, или повинуйтесь, или будете в заточении».

34) Епископы, выслушав и весьма удивившись, воздев руки к Богу, с великим дерзновением обратили к нему речь, поучая, что царство не его, но даровавшаго ему Бога, и умоляли убояться Бога, чтобы не отнял онаго внезапно; угрожали ему днем суда, советовали ему не разстраивать дел Церкви и римскаго народоправления не смешивать с церковным постановлением, не вводить арианской ереси в Церковь Божию. Но он не внял им, не позволил продолжать речь, а напротив того, еще более стал угрожать, обнажил на них меч, и некоторых из них велел отвести на казнь, и опять, как Фараон, отменил приказ. Посему, святые эти, отрясши прах и возведя очи к Богу, не убоялись царской угрозы, и ради обнаженнаго меча не изменили истине, но и самое изгнание свое обратили в дело служения. Проходя по местам и городам, хотя были в узах, благовествовали они, проповедуя благочестивую веру, анафематствуя же арианскую ересь и предавая позору раскаяние Урзация и Валента. И из сего вышло противное желанию злоумышлявших. Чем дальше отстояло место заточения, тем больше возрастала к ним ненависть, и шествие заточаемых стало проповедию об их нечестии. Ибо кто, смотря, как проходили заточаемые, не дивился им, как исповедникам, и не отвращался от ариан и не гнушался ими, не только как нечестивыми, но как кровопийцами и убийцами, давая им всякия именования, только не имя Христиан?