Творения. Книга первая полностью

В сих или подобных видах была мысль в последние дни блаженной памяти Александра Благословенного (как сказывал покойный митрополит Филарет) разделить Епархии на округи, подобно бывшим в то время Генерал-губернаторствам; но со смертью Его дело то осталось без движения.

В настоящее время, когда число Епархий так значительно и архиерейские кафедры находятся даже на самых окраинах нашего отечества, мысль эта может быть приведена в исполнение, т. е. разделить Всероссийский патриархат на несколько митрополий, или Архиепископств, с предоставлением Начальствующим округами прав: а) надзора над младшими Архиереями в качестве благочинного или подобного тому, б) пересмотра некоторых дел консисторий, находящихся в округе однолично, или в соприсутствии двух или более Архиереев; чем очень много уменьшится дел в Св. Синоде, в) ревизии (если не лично, то чрез доверенных лиц) духовных училищ, консисторий и других учреждений, г) увольнения преосвященных в известные места и на известные сроки, и д) быть может, созвания всех Архиереев своего округа хотя однажды в два или три года для совещаний и решений дел по поручению Св. Синода, и т. п.

До утверждения духовного завещания все имущество, можно сказать, было в руках его наследников, выключая различных вещей. От них вполне зависело дать что-либо из имения на бедных, или ничего не дать, — и потому я тогда соглашался на все их предложения. Но теперь, когда завещание получило законную силу, я не имею права входить в какие-либо соглашения с кем бы то ни было; я должен поступить по законам, имея в виду 1) завещание покойного 2) устав духовной консистории и 3) узаконение о жалуемых ризничных вещах. Завещание гласит, что имение покойного, или, как он выразился, что мне позволено считать своим, должно быть разделено на две равный части, — одна должна поступить наследникам, а другая на бедных. Раздел должен быть не тот, какой предлагают наследники, т. е. выдать 25 тысяч, а все вещи, выключая ризничных, не жалованных (о них должно быть особое суждение) должны быть разделены пополам по той или другой оценке: одна половина должна поступить наследникам, а другая душеприказчикам, для употребления по воле завещателя, по их усмотрению. И вещи должны быть разделены натурою по оценке, или все должны быть проданы — и вырученные за них деньги должны быть разделены поровну.

Из жалованных ризничных вещей св. изображения должны быть вынуты, и следовательно, стоимость их по оценке должна понизиться, и это должно быть сделано теми же оценщиками.

Ризничные вещи, т. е. панагии и кресты не пожалованные, а подаренные, или купленные на деньги покойным, по-моему, не должны подлежать действию закона о вещах жалуемых. И потому об этом должно быть представлено на разрешение высшего начальства, т. е. драгоценные панагии и кресты не жалованные, а приобретенные покупкою и даром, могут ли подлежать тому же закону, какому подлежать жалуемые? А до тех пор они должны храниться неприкосновенными т. е. они не могут подлежать ни разделу, ни продаже.

Следовательно, теперь нет никакой надобности спрашивать наследников о согласии их на выдачу 6 тысяч рублей на построение больницы при училище: решение этого вопроса зависит от душеприказчиков.

Вот мои мысли, которых я не изменю иначе, т. е. если я соглашусь на принятие от наследников 25 тысяч рублей и на отдачу им за то всего имущества, то или душеприказчики могут протестовать на мое решение, а если они умолчат, то кто-либо может подать донос в св. Синод о том, что имение разделено неправильно в обиду нищих и с нарушением силы завещания и проч. — и тогда я без вины виноват, и могу подвергнуться взысканию такой суммы, какой я и не в состоянии буду уплатить, а со мною пожалуй и самые душеприказчики, как не протестовавшие на мое решение.

Нет надобности говорить, что всякий православный обязан учиться Закону Божию или знанию своих обязанностей в отношении к Богу, ближнему и самому себе; но мы хотим обратить внимание, во-первых, на то, на ком именно лежит обязанность учить народ? Обязанность эта лежит, во-первых, на родителях, потом на восприемниках и, наконец, на пастырях Церкви.