Говорим же сие не об одной только молитве, но о всяком труде и подвиге: девства ли, молитвы, или чтения, или поста, или бдения, или псалмопения, или служения, а также, если другой подвиг и другое какое делание совершаются нами ради добродетели. Если не находим в себе плодов любви, мира, радости, кротости, смирения, простоты, искренности, веры, долготерпения, независтливости и для всех (братии) не приносим таковых плодов мира, — то напрасны и суетны наши труды и подвиги, потому что всякое делание и все подвиги должны быть предпринимаемы для этих только плодов. Когда же не находится в нас плодов мира и любви, напрасно и суетно все наше делание. Не имеющие таких плодов в день Суда окажутся подобными пяти юродивым девам, которые не запасли здесь в сосуды сердца духовного елея, то есть духовной действенности представляемых (воображаемых) ими добродетелей, за то и названы юродивыми, и не допущены в духовный брачный чертог Царствия. И подвиг девства за недостатком добродетелей, за то, что не было действенного вселения в них Духа Святаго, вменен им ни во что. Как при возделывании, например, винограда все попечение и весь труд предприемлются для будущего наслаждения плодами, а если в винограднике не найдено плодов, все труды возделывания стали напрасны и суетны, так, если с совершенной несомненностью и духовным ощущением не познаем в себе произведенных действенностью Духа плодов любви, мира, радости и смирения, долготерпения, веры и других, какие исчислил апостол, то напрасным оказывается и подвиг девства, и суетным труд молитвы, и поста, и бдения. Ибо это такие душевные и телесные труды, которые должны быть совершаемы в надежде духовных плодов. Плодоносие же Духа в добродетелях есть духовное наслаждение нетленным удовольствием, производимое Духом в сердцах верных и смиренных.
С великой разборчивостью разумения да оцениваются всякое делание, труд и подвиг человеческой природы, а в число плодов вменяются только те, которые по вере и надежде производятся в достойных Духом Святым. А если кто, недостаточно различая собственное свое делание и свой подвиг, почтет их плодами Духа, то приобретет о себе весьма суетную мысль и лишится великих духовных благ, понадеявшись, что не от духовной действенности бывает успех во всех исчисленных выше добродетелях. Кто всецело посвящает себя всегда Богу и без всякого нерадения употребляет возможные по его силам тщательность и труд, а равно не оставляет в бездействии и прочих человеческих изменяемых доблестей, с несомненностью веры на Бога надеясь на избавление с помощью благодати Христовой, тот удостаивается по благодати Божией взойти на самый верх непоколебимой добродетели и любви.
