В лето третие Кира… бех рыдая три седмицы дний (Дан. 10:1–2). Даниил видел, что уже два года, как вышло повеление Кира, и проливал слезы три седмицы дней. Рыданием же называет пост, как и Господь наш, когда фарисеи обличали учеников Его, что не постятся, говорит в Евангелии: еда могут сынове брачнии плакати, то есть поститься, елико время с ними есть жених? (Мф. 9:15).
Хлеб вожделенный… и мясо и вино не вниде во уста моя (Дан. 10:3), до исполнения трех седмиц.
В день двадесять четвертый перваго месяца (Дан. 10:4). В тот первый месяц, в который Израильтяне вышли из Египта, Даниил постился и молился о возвращении их из Вавилона.
И воздвигох очи мои… и се, муж един облечен в ризу светлу, и чресла его препоясана лепотою славы (Дан. 10:5). Видение это видел пророк на берегу Тигра. Муж, виденный Даниилом, облечен был в светлую ризу, одежды его и препоясание чресл были великолепны, лицо же его было неудобозримо, потому что каждое мгновение изменял он вид свой и принимал вид новый. Лице же его аки зрение молнии (Дан. 10:6), из-за чего невозможно было рассмотреть его.
И видех аз… един явление, а мужие, иже со мною, не видеша, потому что бежали от страха. И во мне самом не оста… крепость от страха, и слава моя обратися в разсыпание (Дан. 10:7–8) от объявшего меня страха и трепета.
И внегда слышах глас словес его… пал я на лице мое, потому что глас его был подобен грому. И се, рука прикасающися мне, и возстави мя на колена моя и на длани рук моих (Дан. 10:9–10). Хотя рука Ангела восставила Даниила с земли, однако же очи его оставались обращенными к земле, потому что не мог он воззреть на Ангела. Но тайна Сына Божия, прообразуемая видением, восставила Даниила, и укрепился он.
И рече ко мне: стани, Данииле… разумей во словесех сих, яже аз глаголю к тебе, и стани на стоянии своем (Дан. 10:11), то есть уразумей тайну, об откровении которой молился ты, и в продолжение трех недель просил в слезах и посте. И в ободрение мое сказал: Не бойся, Данииле. Поскольку крепким гласом был я приведен в трепет, то он ободрил меня, сказав: «Не бойся». Яко от перваго дне, в оньже подал еси сердце твое, еже разумети… услышана быша словеса моления твоего, то есть твоя молитва услышана с того первого дня, в который ты начал поститься, и возжелала душа твоя узнать об исполнении того, о чем просил, почему и пребывал ты постоянно пред Богом твоим в молитве. Аз же приидох во словесех твоих (Дан. 10:12). И меня привела молитва твоя послужить избавлению народа твоего, о чем просил ты.
Князь же царства Персскаго стояше противу мне двадесять и един день. Он противился мне по ревности к славе Божией, потому что Иудеи сами не хотели со своими соотечественниками идти из Вавилона, хулили отечественную землю, порицали её доброту, и души их недостойны были избавления. Поэтому-то князь царства Персидского не оставлял Ангела, который шел извести Иудеев из плена, так как не прекратилось еще упорство их. И пока к посланному избавить Иудеев не пришел на помощь Михаил, не опускал рук противостоявший ему Ангел, двадцать один день боролся с ним и препятствовал ему возвестить Даниилу, для чего он посылается. Итак, Ангел прибавляет: и се, Михаил един от старейшин первых прииде (Дан. 10:13).
