Если хочешь понять, почему мы, сотворенные в чести и поселенные в раю, напоследок приложились скотом несмысленным и уподобились им, лишившись пречистой славы, то знай, что с тех пор, как через непослушание, став рабами плотских страстей, переселились мы из блаженной страны живых, – с тех пор находясь в пленении, доселе сидим на реках вавилонских, с тех пор как доныне остающиеся в Египте, доселе не наследовали еще земли обетования, текущей медом и млеком, не заквашены еще закваской чистоты и истины, но пребываем доныне в лукавом квасе плоти. И сердце наше не окроплено еще Кровию Агнца Божия, потому что доселе вонзены в него остен[144] ада и жало греха. Не восприяли еще радости спасительного помазания, потому что укореняется в нас жало смерти. Не облеклись еще в нового человека, созданного по Богу, потому что доселе не постарались совлечься ветхаго человека, тлеющаго в похотех прелестных. Не приняли еще на себя образ Небесного (Отца), соделавшись сообразными славе Его, потому что доселе носим образ перстного. Не поклоняемся еще Богу духом и истиной, потому что в мертвенном теле нашем царствует грех. Не созерцали еще славы Нетленного, потому что доселе состоим под влиянием тени. Не облеклись еще в оружие и дела света; не преобразились еще обновлением ума нашего, потому что доселе сообразуемся веку сему. Не сопрославились еще со Христом, потому что доселе не пострадали с Ним; не носим еще на плоти нашей печатей Его, приобщившись Таинству Креста Христова, потому что доселе пребываем в плотских страстях и пожеланиях. Не соделались еще наследниками Христовыми, потому что доселе в нас дух боязни, а не всыновления[145]. Не стали еще храмом Божиим и жилищем Духа Святаго, потому что доселе остаемся храмом идольским и вместилищем духов лукавства. Ибо не показали еще мы в себе непорочности нравов и простоты ума и не приобрели светлого жития; не сподобились еще нелестного и словесного млека и духовного возрастания; не приблизился еще к нам день[146], и денница[147] не воссияла еще в сердцах наших, не вступили еще в общение с солнцем правды и не озарились лучами его. Не соделались еще неподдельной царской порфирой; не уязвлены еще Божией любовью, не имеем еще духовной приверженности к Жениху. Не изведали еще нетленного общения, не познали силы святыни и мира, и, чтобы выразить все короче, мы еще не род избран, не царское священие, не язык свят, не люди обновления (1 Пет. 2, 9), потому что мы – рождения ехиднова (Мф. 3, 7), ибо не змии ли те, которые пресмыкаются по земле, мудрствуют земное и не имеют жительства на небеси? Не рождения ли ехиднова те, которые пребывают не в послушании Христовом, но в послушании змию?
Потому не нахожу, как достойно оплакать такое бедствие. Не знаю, как со слезами возопить к Могущему истребить во мне вселившееся в меня заблуждение. Как воспеть мне песнь Господню в земле чуждой? Как оплакать Иерусалим? Как избегнуть тяжкого фараонова рабства? Как оставить место постыдного пресельничества? Как отречься горького мучительства? Как выйти из земли египетской? Как перейти Чермное море? Как миновать пустыню? Как не погибнуть, угрызенному змиями? Как победить иноплеменников? Как истребить чуждые народы? Как на скрижали свои принять словеса Божия закона? Как узреть столп истинного света и облако от Духа Святаго? Как вкусить манны – этой вечной пищи? Как пить воду из животворящего камня? Как перейти Иордан и вступить в землю благу, текущую медом и млеком? Как увидеть Архистратига, которого видел Иисус Навин и тотчас поклонился ему? Ибо если не истреблю чуждые народы, какие во мне, – то не вниду во святилище Божие и не упокоюсь в нем, не соделаюсь причастником славы Царя.
