Итак, если бы мы пребыли тем, чем были, и сохранили заповедь, то сделались бы тем, чем не были, и пришли бы к древу жизни от древа познания. Чем же бы мы сделались? Бессмертными и близкими к Богу. Но поелику
5. «Что же? – скажешь. – Разве не обновления день был и первый воскресный день, последовавший за оной священной и светоносной ночью? Для чего даешь сие наименование нынешнему дню, о празднолюбец, вымышляющий многие веселья?» То был день спасения, а это день воспоминания спасения. Тот день разграничивает собой погребение и воскресение, а этот есть чисто день нового рождения, чтобы, как первое творение начинается днем недельным (а сие видно из того, что седьмой от него день делается субботой, потому что он день упокоения от дел), так и второе творение начиналось опять тем же днем, потому что он есть первый в числе последующих за ним и восьмой в числе предшествующих ему – день из высоких высокий, из дивных дивный, ибо ведет к горнему состоянию. О сем дне, мне кажется, гадательствует и божественный Соломон, повелевая давать
