Такова сущность учения св. Григория о Троице. Нельзя не видеть, что здесь выступают две главнейшие и основные истины, заключающиеся в православном догмате о Святой Троице, а именно различие, или троичность, Лиц в Божестве и единство Их природы, или тождество Их существа. На этих двух истинах Богослов и останавливает все свое внимание, раскрывая и доказывая их с особенной подробностью и обстоятельностью и выясняя, насколько возможно, их взаимное отношение между собой.
Бог, по учению св. Григория, троичен в Лицах или, иначе, Божество существует в трех Лицах. В Нем три Лица, реально отличные одно от другого, имеют действительное и самостоятельное бытие. Таким образом, Троица (τριὰς) существует не в логическом только понятии, но в действительности, хотя три Лица, при Своем различии, нераздельны (по единству существа). «Мы разделяем Их прежде соединения, – говорит Богослов, – и соединяем прежде разделения, не считаем трех за одного (ибо Они не безыпостасны или составляют не одну Ипостась...) и не думаем, что три (Лица) составляют только одно (Лицо), потому что единство относится не к Ипостаси, а к Божеству; мы почитаем Единицу в Троице и Троицу снова возводим к Единице».[848] Каждое из трех Лиц, рассматриваемое Само в Себе, есть Бог; ибо имена «Отец», «Сын» и «Святой Дух» – не пустые только слова, не имеющие в действительности личного бытия (ἀνυπόστατα) или имеющие отношение только к одному Лицу, «подобно тому, как наше богатство заключалось бы только в словах, а не в самых вещах».[849] Истинно верующие признают Отца и Сына и Святого Духа за одно Божество: «Они поклоняются Отцу и Сыну и Святому Духу как единому Божеству: Богу Отцу, Богу Сыну и Богу Духу Святому, единому Существу в трех Лицах, разумных, совершенных, самостоятельных, раздельных по числу, но не по Божеству...[850] От Отца нельзя отделить Сына, а от Сына Духа Святого. Существует только
