Мученик!? Точно... Я так и не разобрался, кто для меня Настя, а сейчас... Она просто умрет? Рассыпется? Нет.
Я прислонил руку прямо к ране и, закрыв глаза, активировал главную способность Мученика. Грудь прошила страшная боль, от которой помутнело в глазах. Все равно на боль. Я с сонной радостью почувствовал, как под рукой легкие Насти начали поглощать воздух, а затем услышал отчаянный вскрик.
- Кровников, скотина... зачем? - перед тем, как вырубиться, я услышал чей-то плач.
Глава 22
Нам часто приходится выбирать, как поступить в той или иной ситуации, ставить чьи-то интересы выше остальных. Забирая рану у Огниварии, я думал о том, что так будет правильно? Конечно, нет. Я думал о том, что вот сейчас она исчезнет и все. Что мне делать? Человек, которого я знал, когда был еще Филистером. Она, как и Худа, была ниточкой, которая соединяла меня с прежним обычным миром. Да, я думал эгоистично, ведь человек делает так всегда. Почему мы оплакиваем мертвых? Нам жалко не их на самом деле, а нас самих. Нам жалко, что мы больше не будем их видеть, общаться с ними. Вот особенность человеческого сознания. Творец должен избавляться от этих филистерских заскоков и мыслить эгоистично, но здраво.
Где-то в груди засела тупая боль, которая словная звезда пульсировала. Было горячо. Глаза не хотели открываться, словно их залепили воском. Опять пахло шоколадом и корицей. Вдруг рядом я услышал чей-то голос.
- Только подумай, мы чуть не потеряли его... - голос принадлежал девушке.
- Да, такой оригинальный Творец пропал бы, жалко, - усмехнулся кто-то, голос был скрипучим, как старые качели и явно принадлежал мужчине.
- Джокер был зол, что Лик ничего не сказал ему о своей открывшейся способности, - говорила еще одна девушка, после этих слов по всему телу разлилось мягкое тепло.
- Когда он очнется? Может я опущусь в его мир прямо так? Пока он спит?
- Миррор, ты дурак? Его сущности тебя просто разорвут, - резко ответила вторая девушка.
Миррор? Знакомое имя... Точно! Теперь я понял. Скрипящий голос точно принадлежал одному из Круга убийц, первой девушкой была Огнивария, а второй вроде Алура - советница темного магистра. Я открыл глаза и увидел розовощекое курносое лицо, окаймленное розовыми волосами. Два зеленых глаза с любопытством смотрели на меня. Ее руки лежали у меня на груди и периодически каставали темное исцеление. Она была бардом.
- Миррор, он очнулся, - со вздохом обессилено откинулась на спинку стула Алура.
- Спящая красавица, блин. А мы уже волноваться начали, Белоснежка, - шутка Миррора пролетела мимо меня, потому что как только я присел, голова закружилась.
- Тише, тише, - Алура мягко уложила меня обратно. - Полежи, мы сейчас с Огниварией сходим за Джокером, а ты пока побеседуй с Миррором, а то он весь извелся.
Алура кивнула в сторону двери Насте, тихо сидящей до этого у окна. Она пыталась не встречаться со мной взглядом. Как только дверь за девушками захлопнулась, Миррор потер ладони и сел поближе ко мне.
- Как самочувствие, рыцарь?
- Такое себе.
- Как их всех Седой провел! Вот жук.
- Он не один.
- Что?
- Он у кого-то просил помощи в той кузне. И это был, явно, не Голубоглазый. Есть еще один предатель.
- Ты Джокеру это пока не говори, а то он и так на нервах весь. Не просыхает. Подкосило предательство друга старика. Сначала Голубоглазый, теперь Седой... Смотри, ты его не разочаруй, хорошо?
В комнате повисло молчание.
- Сколько я был в отключке?
- Два дня. Алура и Худа над тобой, как курицы, носились. Молодцы девки, вытащили. И это, Лик... Спасибо тебе... За Настю. Я к ней как-то уже привязался, да и стремно было бы как-то с родителями ее все устраивать: память стирать, вещи все ее забирать. Себе, к сожалению, память не сотрешь. А она эти дни прямо, как барды... Не отходила от тебя, хоть и сделать ничего не могла.
- Я не мог дать ей умереть. Даже Фаринар явно был напуган.
«Еще чего, просто ты бы нюни распустил, тряпка, - пробубнил дракон»
- Кстати... Насчет дракона... Как у тебя с ним дела? - тон Миррора странно поменялся.
- Последнее время поболтать любит. А что?
- Ты говорил во сне. Не своим голосом. Могу предположить, это был дракон и ему снился кошмар. Вам снился.
- Что за кошмар, я не помню? - я напрягся, причем это чувство было не мое.
- Время его смерти.
Перед глазами проносились кадры: два дракона, брата, сцепились в небе, разрывая друг друга на части, к ним подоспело множество Творцов. Четверо из них были впереди: Разрушители. За ними летели остальные восемь темных Хранителей. У них была одна цель: смерть того, кто первым отказался от Света, тем самым пошатнув равновесие. Почему Тьма выступила палачом? Потому что Свет не может мстить сам за себя.
«Что тогда случилось?»
В ответ мне было молчание. Я не стал надоедать Фаринару, нам с ним еще одну хату долго делить. Но я чувствовал это. Мне открылась на мгновение его боль. Я полез в логи и окоченел.
НАВЫК «ОДЕРЖИМОСТЬ» ПОВЫШЕН ДО 13 УРОВНЯ
...
НАВЫК «ОДЕРЖИМОСТЬ» ПОВЫШЕН ДО 19 УРОВНЯ
+ 140 ОПЫТА
- Что такое, Лик?
- Семь уровней одержимости, - больше Миррору не надо было ничего объяснять.
