Михаил Кликин
Творец счастья
рассказ
Ранним солнечным утром, первого января 20... года на засыпанный искрящимся снегом балкон выскочил Абрам Петрович Полетаев и громко закричал:
- ЕСТЬ!!! Эврика!!!
Но заснеженный город спал. Лишь соседка Абрама Петровича из нижней квартиры приоткрыла один глаз и сказала храпящему под боком мужу:
- Дождались. Чокнулся.
После этого она снова заснула, подсвистывая носом в такт своему благоухающему перегаром супругу.
Мир не знал, что Абрам Петрович открыл формулу Счастья.
Началось вся эта история давно. В те времена, когда на голове Абрама Петровича еще кучерявилась пышная шевелюра, за горбатый нос не цеплялись дужки очков, да и самого его звали не полноценным уважительным именем, а, так, коротко и пренебрежительно - Абрашка.
Свежеиспеченный выпускник химико-технологического института после получения диплома решил не размениваться на мелочные промышленно-производственные вопросы, а разрешить сразу все проблемы человечества. Абрам Петрович решил создать Счастье. Ни много ни мало...
Никто не знал откуда такая бредовая идея проникла в лопоухую голову Абрашки, кто натолкнул его на эту безумную мысль, но сам он говорил, что озарение пришло к нему во сне, словно Менделееву - периодическая система, как Маккартни - "Йестердей".
И вот Абрам Петрович, единственный сын у влюбленной в него старушки матери, стал изучать Счастье. Свою комнату он завалил разного рода реактивами в пробирочках, колбочках и пузырьках, на полу стояли диковинного вида аппараты, а стенные полки были сплошь заставлены толстыми фолиантами непонятного обывателю содержания.
Заподозрив, что Абрам Петрович занимается вовсе не научными изысканиями, а тривиальным самогоноварением, если не чего похуже, к Полетаевым зачастил бдительный участковый. Но убедившись, что чудак полностью поглощен своей работой и никакой угрозы социуму его района не несет, участковый успокоился и стал заглядывать пореже, по привычке, заходя попить чаю с пряниками и послушать восторженного Абрашку.
- ...счастье - категория нематериальная, но зачастую связана с нашими насущными потребностями. Когда нищий находит сто рублей - он счастлив. Это показывает, как нечто материальное дает посыл для возникновения этого чувства. Но так же можно обрести нечто нематериальное, духовное, и это так же может породить ощущение счастья. Красивый закат, хорошая книга, беседа, наконец. Возможно, это разные категории счастья, но в данном случае счастье неразрывно связано с удовлетворением...
Участковый внимательно слушал, время от времени важно кивал в знак согласия, потом доедал последний пряник, запивал остатками чая, полоская рот, благодарил Марину Степановну, мать Абрашки, за гостеприимство и уходил, пожав на прощание шершавую, изъеденую реактивами руку молодого химика.
Шло время. Уходило безвозвратно...
Незаметно высохла и умерла Марина Степановна. Волосы на голове Абрашки поредели, сам он ссутулился и превратился в известного всему двору своей чудатковатостью Абрама Петровича.
Иногда, вечерами, он выходил во двор, подходил к столику, за которым мужики забивали бесконечного козла, аккуратно присаживался где-нибудь сбоку и рассказывал:
- ...накапливается ли счастье с жизнью индивида? И если да, то как? По экспоненте? Линейно? Не-е-т, друзья. Никакого интегрального прироста счастья не наблюдается, скорее даже наоборот. А если построить графическое отображение субъективных переживаний личности в течении некоторого промежутка времени, то можно заметить, что периоды ощущения счастья кратковременны и графически напоминают некие выбросы, импульсы, постепенно сходящие на нет к исходному, нормальному мироощущению. Купили мороженое ребенок счастлив, но угощение кончается, кончается и приподнятое настроение, возвращаясь к норме. Выиграл в лотерею автомобиль - удача! Но месяц, два - и ты уже привыкаешь к машине, она становится обыденностью и хочется чего-то большего. Родился ребенок - счастливый миг, цветы, поцелуи, но проходит время и появляется куча проблем...
Мужики слушали, стуча костяшками домино, а потом кто-нибудь вскакивал и, хлопая ладонью по столешнице, кричал: "Рыба!".
Раз в неделю, обычно по средам, Абрам Петрович ходил в магазин. Он возвращался с тяжелыми сумками и перед тем, как подняться на четвертый этаж в свою квартиру, присаживался к бабулькам, окопавшимся перед подьездом и вслух излагал свои мысли, порой начиная говорить поэтическими штампами: