Представьте себе знатного парижанина, мужчину в костюме 17-го века с мобильным телефоном в руке. Вот-вот, и у меня че-то голова закружилась… Или это потому что Котяра выглядит, как настоящий герцог… Слышу свой томный полустон и чувствую горячий сладкий спазм, пробегающий волной по позвоночнику куда-то в низ живота. Что вы там говорили про «ролевые игры», милорд? А давайте найдем с вами отдельный кабинет и, желательно, с мягким диваном. Ой, что-то совсем горячо мне становится. Так, Васильева, держи себя в руках! Вдох, выдох, вдох, выдох…
В мои руки, как кстати, кто-то заботливый вкладывает раскрытый веер. «Спасибо», — шепчу я на выдохе. И этот кто-то в лице тети Неллы довольно усмехается:
— Первый раз вижу, чтобы выражение «неровно дышит» так себя оправдывало.
Она подмигивает мне в зеркало и какой-то немыслимо красивой заколкой закрепляет мои волосы высоко на затылке, оставляя их спадать вьющимися локонами.
— А теперь пойдем, посмотрим, как сейчас наш герцог будет «неровно дышать».
С этими словами, она отдергивает шторку и жестом приглашает меня выйти.
Я делаю шаг, еще один. Кирилл оборачивается, смотрит на меня и застывает в позе: «увидел и ахренел нафиг!»
Мы с ним стоим так и смотрим на друг друга, любуясь нашими новыми образами, в то время, как тетя Нелла копошится в шуфлядках своего рабочего стола.
— Если женщины в ту эпоху выглядели так восхитительно, то я не удивляюсь, почему вся Европа передралась из-за них в многочисленных войнах, — наконец, обретает он дар речи.
— А вам, мужикам, лишь бы подраться, — ворчит тетя Нелла и подходит к нам с телефоном. — Давайте я вас пощелкаю, красавцы мои.
Щелкаемся на все телефоны, что у нас имеются, а потом «выходим в свет», то есть идем гулять по театру. Я держу моего герцога под руку и чинно шествую рядом с ним. Работники театра, встречающиеся нам по пути, улыбаются и кивают в знак приветствия, мы снисходительно, как и полагается королевским особам, киваем в ответ.
— Вы, моя королева, просто обворожительны, — шепчет мне на ушко мой герцог, — готов сразиться с драконом, чтобы завоевать ваше сердце. Я даже знаю, где один прячется.
— Боюсь за вашу жизнь, милорд. Сожрет вас дракон. Шпага то ваша пластиковая.
— Ну, так и дракон, в общем-то, поролоновый, — отвечает мой бесстрашный рыцарь и мы хохочем, как дети.
А через минуту, Кирилл снова ведет меня в недра театрального здания и, судя по обстановке, направляемся мы прямо в пещеру к дракону. Но, к моему удивлению, свернув в очередной полутемный коридор, мы неожиданно оказываемся в просторной светлой комнате, похожей на пульт управления космической станцией. На столах, полукругом расположенных вдоль стен, стоят мониторы и на них видна вся сцена, где уже идет спектакль. В мягком офисном кресле по центру комнаты восседает молодой парень в очках.
— Господа артисты, вы заблудились, — даже не повернувшись к нам, сообщает очкарик. Видимо узрел наше отражение в глянцевых панелях пультов управления. — Выход на сцену с другой стороны от шестого сектора.
— Славка, ты «Пушистика» уже вывел со сцены? — ничуть не смутившись спрашивает Кирилл.
Очкарик мгновенно поворачивается вместе с креслом, подскакивает и застывает с открытым ртом.
— Ой, Кирилл Иванович… Это вы? Какой классный прикид! Я не узнал вас, извините. Да, рептилия уже выехала в четвертый сектор, — тараторит Слава, пожимая руку герцогу и кивая мне.
— Отлично. Полет ему сделай и задержи на минут десять, потом можешь спускать вниз.
— Хорошо… а… что вы с ним будете делать? — подозрительно смотрит парень, поправляя очки на носу.
— Знакомиться, — усмехается Кирилл. — Не волнуйся, жив будет твой дракон. Моя девушка хочет его «приручить».
— Уау! Как интересно, — восхищается Славик, — какие у вас ролевые игры!
Я закатываю глаза от его намека.
— А-то! — игриво подмигивает герцог и снова увлекает меня в полумрак коридоров.
Через несколько минут мы находим сектор № 4 и того самого Пушистика. Я смотрю на это чудо и умиляюсь. Метра три высотой зеленый с голубыми разводами дракон вблизи не выглядит устрашающе. Его желтые глаза с вертикальными зрачками, обрамленные длинными ресницами, смотрят на нас, как мне кажется, наивно и застенчиво. Я подхожу ближе, хочу прикоснуться к нему, и тут он вдруг начинает гудеть и его крылья вздымаются.
Я от неожиданности вскрикиваю и отскакиваю к Кириллу, а тот, видимо, ожидал этого, так как сразу прячет меня за свою спину, достает бутафорскую шпагу и с геройским видом бравого богатыря наезжает на «злого дракона»:
— Ах, ты, злодей окоянный! По што королевну пугать вздумал? Ух, я тебе сейчас!
Я хохочу у богатыря за спиной и останавливаю его неудачно подобранный монолог.
— Ты еще скажи: «Отведай силушки богатырской!» ха-ха… Кирилл, ты же английский герцог. Забыл? Монолог Ильи Муромца не подходит.
— Хм, точно… — озадаченно хмыкает мой богатырь герцогской наружности.
