Я проследила за ней глазами, пока она шла в гостиную, а когда повернулась, рядом с собой обнаружила Ригеля. На мгновение я забыла, что хотела ему сказать. Ригелю шел строгий наряд, в нем он казался еще более обольстительным: темные брюки и белая рубашка, которая безупречно облегала его грудь.
Он стоял очень близко, я подняла на него раскрасневшееся лицо, совершенно растерянная. А Ригель, похоже, чувствовал себя уверенно и свободно, как человек, осознающий беспощадную силу своей красоты.
Он отступил на шаг, склонил голову и оценивающе осмотрел меня с ног до головы. Кажется, он собирался что-то сказать, но потом, словно проиграв битву с самим собой, плотно сжал губы. Интересно, почему он всегда так на меня смотрел? Ригель как будто что-то кричал мне и в то же время умолял меня не слушать его и не понимать. Язык его молчания и взглядов оставался для меня неразрешимой загадкой.
Что знала Аделина? И почему он открыл ей свой тайный мир, а мне нет? Он мне не доверял?
И опять меня охватила неуверенность, нахлынули неприятные мысли. Я старалась их отогнать, но они упорно лезли в голову. Я смотрела в глаза Ригелю, и мое сердце изнывало от тоски по близости, я хотела поселиться в его душе теперь, когда он проник в мою.
Кем я была для него?
– О, вот вы где! – Из гостиной выглянул улыбающийся Норман. – Пора за стол! Идете?
Ужин проходил весело и оживленно. Мы сервировали стол лучшей посудой и приборами, а о блюдах и говорить нечего, настолько они были вкусными.
Аделина села с противоположной стороны стола, уступив мне место рядом с Ригелем. Я украдкой поглядывала на нее, чувствуя, как сердце затягивает пеленой грусти. Видя ее в окружении дорогих мне людей, я испытывала безграничную привязанность к ней, но одновременно большую неуверенность. Аделина, любимая подруга, затронула чувствительные струны в моей душе.
– Положить тебе немного сальсы? – спросила она сидящую рядом Асию, которая недоверчиво посмотрела на нее. Аделина улыбнулась и аккуратно налила ей на краешек тарелки золотистый соус. Так же недоверчиво Асия наблюдала за тем, как Аделина подкладывает ей запасной кусочек хлеба.
– Какой невероятный запах стоит в этом доме! – сказал Джордж. – Как будто мы ужинаем в цветочном поле!
– Может, мы чего-то не знаем? – подхватила Далма.
Они оба повернулись к Анне, и она хихикнула.
– О нет! Я тут ни при чем. Все эти цветы для Ники.
Я чуть не поперхнулась. Конечно же, теперь все смотрели на меня.
– Для Ники? – Далма смотрела на меня изумленными и нежными глазами. – Ника, значит, тебя осыпают цветами?
– У нее есть поклонник, – неловко вставил Норман, – какой-то парень каждый день присылает ей по букету…
– Тайный воздыхатель? Как романтично! И кто он? Ты его знаешь?
Я проглотила застрявший в горле кусок, чувствуя себя ужасно неловко, и еле удержалась от того, чтобы не засунуть в рот пластырь на большом пальце.
– Он учится со мной в одной школе.
– Очень приятный молодой человек! – с энтузиазмом вмешалась Анна. – Такой обходительный. Его давно пора пригласить к нам на чай! Это тот самый, с которым ты ходила есть мороженое, верно? Твой друг?
– Он… да…
– Почему бы тебе не пригласить его к нам на днях?
– Я, ну…
Я резко подскочила на стуле, потому что под скатертью в мое голое колено вцепились пальцы Ригеля. Что он делал? Он с ума сошел?
Я судорожно смяла салфетку в ладони и испуганно посмотрела на гостей. Далма сидела рядом со мной. Что если она увидела?
Как раз в этот момент она повернулась и посмотрела на меня, и я почувствовала, как мое сердце уходит в пятки.
– Не каждый способен вот так дарить цветы. Для этого нужно обладать особой чуткостью. Тебе не кажется?
– Да! – Я сглотнула, пытаясь говорить нормально, но в ответ на мое «да» рука Ригеля сжалась сильнее. Меня пробрала дрожь.
Когда Далма отвернулась, я схватила Ригеля за запястье и спихнула его руку с коленки. Щеки горели от ужаса, но все иначе объясняли мой румянец.
– Бьюсь об заклад, он милый…
– Милый и влюбленный!
– Ввлюбленный? – пробормотала я дрогнувшим голосом.
Анна улыбнулась мне.
– Ну вряд ли он стал бы дарить цветы из простой симпатии, правда? Лайонел наверняка к тебе неровно дышит.
Я хотела что-то ответить, но все вдруг заговорили разом, поднялся веселый шум, кто-то чокнулся за наше здоровье. Голоса слились, мысли смешались, голова закружилась, и я уже мало что понимала.
– Как давно ты знаешь…
– …этого золотого парня?..
– Мы тоже влюбились в их возрасте, не так ли, Джордж?
– Ника! – воскликнула воодушевленная Анна. – Пусть завтра приходит к нам в гости! Пригласи его!
В одобрительных возгласах потонул грохот отодвигаемого стула. Почти никто не заметил, как ушел Ригель. Только мы с Аделиной проследили за ним глазами до порога гостиной. Сердце сжалось и застыло. Чувство отчаяния усилилось, когда я увидела, что Асия смотрит на пустое место рядом со мной. Потом она медленно перевела взгляд на меня. Мне показалось, что я сижу на острых шпильках. Я опустила лицо и, пробормотав извинения, которые мало кто слышал, вышла из шумной гостиной.
