Мы решили обвязать его канатом и держать за конец, чтобы вытащить в случае необходимости. Спускаемся вниз по лестнице до конца шахты. Зажигаем свечу, так как электричество не горит. При ее колеблющемся свете замечаем, что вода бурлит от сильно накачиваемого воздуха. Она стоит лишь на десять сантиметров ниже крыши, и выше моих сил понять, как человек там, в темноте, сможет плавать, имея возможность дышать только в десятисантиметровом пространстве. А Дэнни между тем уже ныряет. Через минуту выплывает наверх, раздвигая руками воду.
– Полезайте сюда, вода хорошая, – зовет он.
– Ни за что на свете. Наслаждайтесь сами.
– Дай-ка мне пригоршню глины, – требует Дэнни и исчезает, плывя на спине под черной крышей и задевая головой дерево.
Я держал свечу по возможности ближе к воде, чтобы слабый свет доходил до него, и очень осторожно подносил к свече бывшую в руках у меня паклю. Я увидел плавающую мертвую крысу, отвратительное зрелище. Не проронив ни слова, затаив дыхание, прислушиваемся. Слышим кряхтение Дэнни, и вот он снова перед нами.
– Дайте побольше глины! – раздается его голос.
– Залепили дыру?
– А еще бы! Свеча мне не нужна. Не надо свечи. Свеча и пакля здесь плохо уживаются.
Исчезает второй раз в темной глубине, выплывает, однако, скоро оттуда и требует «здоровый кусок пакли». Отыскал большую дыру.
Проделав все это несколько раз, Дэнни отдыхает, а мы замечаем, что вода действительно начала спадать. Ободренный таким успехом, он с удвоенной энергией принимается за свое дело, но спасательную веревку с себя снял, – теперь она, пожалуй, лишняя.
Все очевиднее успех его стараний; вода быстро падает. Вот она уже понизилась на один метр, выступила наружу поперечная балка, на которую мы карабкаемся, чтобы помочь затыкать дыры. После часовой работы все закончено. Каменный грунт освобожден, мы поднимаемся из шахты и поздравляем Дэнни Рока с успехом его смелой затеи. А Дэнни рад возможности надеть сухую одежду. Затем он спешит в землекопную сторожку, кутается в теплое и пьет горячий кофе, чтобы уберечь себя от простуды. А я отправляюсь к телефону и вызываю ночного редактора «Обозрения». Мое сообщение настолько интересно, что редактор делает распоряжение тотчас же его продиктовать по телефону для печати, так чтобы оно могло появиться в утреннем выпуске газеты.
Громадных размеров океанский буксир «Чемпион» уже двигался полным ходом, когда Прайс, поздоровавшись на палубе со всеми своими друзьями, повернулся, наконец, к нам. Мы только что получили от него телеграфное приглашение принять участие в прогулке инженеров на новом судне «Христиан X».
Чем интересно было это судно, об этом мы не имели никакого представления, тем не менее, мы приняли предложение, а потому были здесь, терпеливо ожидая возможности расспросить о нем нашего хозяина.
– Это судно с двигателями Дизеля: такого рода судно попадает к нам сюда впервые, – отвечает он на вопрос Билла. – Я думаю, дядя Эдуард ознакомил вас с двигателями Дизеля?
Билл отрицательно качает головой.
– Как? Он вам о них ничего не рассказывал? А ведь он сам в этом году поехал в Европу именно ради изучения этих новых машин. Поэтому я и пригласил вас принять участие в прогулке. Это мне пришло в голову сегодня за завтраком, и я вам тотчас послал телеграмму.
– Это необычайно любезно с вашей стороны, – говорит Билл, – и нам обоим хочется осмотреть пароход, но об этих машинах мы не имеем ни малейшего понятия.
– Это и видно, иначе вы не стали бы говорить о пароходе, пара вообще на этом судне нет. Двигатель Дизеля – такого же рода мотор, как автомобильный, только использует нефть, а не бензин. Вы знаете, как работает бензиновый мотор? Прежде всего, движется поршень назад и при этом всасывает в цилиндр смесь паров бензина и воздуха; потом он опускается обратно и сжимает смесь; затем воспламеняют смесь искрой, происходит взрыв, которым поршень снова выталкивается назад. При вторичном движении вперед поршень выводит из цилиндра образовавшиеся от горения газы, и затем повторяется то же движение. Мы это называем четырехтактным двигателем, так как требуется четыре хода поршня для полного кругооборота, и только один ход призводит собственно работу.
– А что двигает машину в промежутках между рабочими ходами?
– Инерция маховика. Так же, как ваш велосипед двигался бы и в том случае, если бы на нем была только одна педаль, и вы нажимали бы ее лишь на втором обороте. Обычно моторы снабжают несколькими цилиндрами, поршни которых работают попеременно. В четырехцилиндровом моторе при каждом обороте поршни поднимаются один за другим. В обыкновенном бензиновом моторе главная трудность заключается в том, чтобы ввести в цилиндр надлежащую смесь бензина и воздуха и зажечь ее искрой; в двигателях Дизеля вместо бензина употребляют дешевую нефть, а воспламенение происходит без искры или пламени. Догадайтесь, как?
– Разумеется, мы не догадываемся.
