В ужасе метались по дому Триг и Диолентия. Но повсюду преследовали их глухие нечеловеческие голоса, липкая паутина обволакивала ноги, а струи черной крови заливали глаза. Триг Кэдрин сам не понял, как сумел выбраться из логова призраков. Очнулся он на залитой потоками дождя развилке дорог. Едва придя в себя, Триг бросился назад, к проклятому дому, спасать жену. Но ему не пришлось торопиться – навстречу Тригу по узкой заросшей тропинке брела заплаканная Диолентия… Женщина так и не рассказала мужу, что произошло с ней в ту ночь в заброшенном доме. Даже после гибели Трига стыдливо опускала она глаза, вспоминая о минувшем.
Гроза прекратилась. На рассвете измученные супруги вернулись в родной Мию. Не медля Диолентия поведала о случившемся старейшинам. Но когда самые мудрые и уважаемые жители поселка пришли к проклятому дому и осмотрели его, то не заметили ничего странного, а сельская колдунья, совершив магический обряд, клятвенно заверила всех, что дом абсолютно чист и никакие злые силы не таятся в
нем. Она сочла, что ночной кошмар был всего лишь злым наваждением духов грозы – неприятной, но безвредной шуткой волшебных сил над людьми. Колдунья не посчитала произошедшее важным событием, и о нем вскоре забыли все, кроме, конечно, молодых супругов, надолго лишившихся спокойного сна.
Прошло не так уж много времени, когда Диолентия узнала, что она беременна. С нетерпением ожидал рождения первенца Триг, и с непонятным страхом ждала этого события его жена. Подошел положенный срок родов, а ребенок так и не появился на свет. Испуганная Диолентия не находила себе места.
Однажды, когда над Мию вновь разразилось ненастье, в полночь, на месяц позже отведенного Велики силами срока, женщина родила ребенка. Роды были очень тяжелыми и Диолентия впала в беспамятство, прежде чем могла бы увидеть появившегося на свет младенца. Вид новорожденной девочки был ужасен – синюшная сморщенная кожа, выкатившиеся, размером с куриное яйцо глаза без зрачков, острые оскаленные зубы, и самое страшное – маленькая скрюченная третья рука, росшая у нее из груди. Увидев первенца Триг долго не медлил, сунул похрюкивающие создание в мешок и, прихватив лопату, опрометью бросился из дому. За околицей Мию вырыл он неглубокую яму, с отвращением и ужасом швырнул туда мешок
и наскоро забросал комьями рыхлой земли. Воротившись домой, он сказал Диолентии, что ее ребенок появился на свет мертвым, и никто, кроме Тига и старой бабки, принимавшей роды, так и не узнал о страшном первенце Диолентии Кэдрин.
Старуха вскоре умерла от неведомой болезни, Диолентия оправилась от неизведанного до конца горя, со временем стала такой как прежде безмятежной, смешливой, а Триг страдал. Бремя тяжкого знания потачивало его силы.
Минул год со времени страшной грозы. Вечером, ни о чем не подозревающие супруги, мирно отправились на ночлег. Но тихое царапанье в дверь прервало сон Диолентии.
— Кто там? — спросила она.
— Я вернулась, мамочка… — раздалось в ответ.
Удивленная женщина широко распахнула дверь. Крошечный уродец, только что выбравшийся из могилы, проскользнул в дом. Диолентия выкрикнула. Пробудившийся ото сна Триг схватился за кочергу.
— Не убивайте меня снова! Я же ваш ребенок! Я хочу к маме! Зачем вы зарыли меня в землю? Моего неродившегося братика убил злодей Ардегс, а вы – добрые, пожалейте меня! — молвило жуткое создание, протягивая все три свои ручки к родителям.
Триг был неумолим, оттолкнув жену, пытавшуюся удержать его, он замахнулся на уродца кочергой… Тогда маленькое чудовище взвизгнуло омерзительным голоском, прыгнуло и зубами вцепилось в запястье Трига. Послышался скрежет раздробленных костей…
То, что случилось дальше, трудно даже вообразить и мой язык цепенеет, едва приходит на ум рассказ Диолентии. Разгневанный ребенок неотступно преследовал супругов, в панике метавшихся по дому. В неравной схватке Триг сумел-таки проломить нежити череп, выбить омерзительно выпученный глаз, но ребенок Диолентии Кэдрин продолжал преследовать своих жертв, ибо невозможно убить мертвеца и не в человеческих силах остановить существо из потустороннего мира, одержимо жаждой отмщения.
Убегая, несчастная женщина сорвалась с чердачной лестницы зацепилась косами за торчавший из потолка крюк, беспомощно повисла над землей. Маленький нелюдь, в гневе позабывший, кто его мать, принялся разводить костер под ногами Диолентии. Сорочка на женщине загорелась, окровавленный, чуть живой Триг, бросился на помощь жене, едва освободил ее, и в тот же миг стозубые челюсти младенца намертво впились в его шею.
Дальнейшему я был очевидцем. Диолентия все же сумела выбраться из дому, а Триг и многократно умертвленный им
ребенок его жены погибли в бушующем пламени. Наутро среди золы удалось отыскать только крошечный стозубые челюсти, мертвой хваткой вцепившиеся в обгоревший хребет крупного мужчины.
На следующий день я навсегда покинул Мию.
Так, за преступления одного, расплатились другие…
Проделки кошки из города
Дан
