– …которые ни один волшебник еще не нашел. – Его глаза зажмурились. Он улыбнулся блаженной улыбкой и добавил: – Слова, которым Суждено изменить мировой Порядок.
– Что?
– А? – переспросил Саймон, открывая глаза как раз вовремя, чтобы остановить быков, вознамерившихся свернуть с дороги.
– Ты так легко произнес все эти сопящие-свистящие!
– Правда?
– Я слышала! Попробуй еще раз.
Саймон сделал глубокий вздох.
– Сл-сл-сл… с-с-с… – начал он. – С-с-сл… А, прошло. Иногда получается, когда я не думаю об этом. Мастер Тритл говорит, что у меня аллергия.
– Аллергия на сипящие?
– Нет, глуп-п-п…
– …глупышка… – великодушно подсказала Эск.
– …в воздухе летает что-то, может быть пыльца или труха от с-с-с-с…
– …сена…
– Мастер Тритл пробовал обнаружить причину, но тут, похоже, никакая магия не поможет.
Они проезжали мимо узкого ущелья, образованного оранжевыми скалами. Саймон посмотрел на него безутешным взглядом.
– Моя матушка научила меня кое-каким заговорам от сенной лихорадки, – сказала Эск. – Может, они помогут?
Саймон покачал головой, которая, было такое впечатление, чуть не скатилась с его плеч.
– Я все пробовал, – отозвался он. – Замечательный волшебник из меня получитс-с-с-с… выйдет, да уж, даже с-с-с… букву толком не с-с-с… выговорить.
– Да, проблема. – Какое-то мгновение Эск собиралась с духом, разглядывая пейзаж, и наконец спросила: – Слушай, э-э, а женщина может стать, ну, в общем, волшебником?
Саймон удивленно уставился на нее. Она ответила ему вызывающим взглядом.
Его горло напряглось. Он отчаянно пытался найти предложение, которое не начиналось бы с буквы «с», но в конце концов был вынужден пойти на уступку.
– Любопытная идея, – сказал он, а затем, еще немного подумав, залился смехом и смеялся до тех пор, пока выражение лица Эск не предупредило его, что ему лучше замолчать.
– Вообще это довольно забавно, – добавил он, но веселость его быстро поблекла и сменилась озадаченностью. – Раньше я никогда не думал об этом всерьез.
– Ну так что? Может? – Голосом Эск можно было бриться.
– Разумеется, нет. Это самоочевидно, дитя. Саймон, возвращайся к своим занятиям.
Тритл отвел в сторону занавеску, закрывающую заднюю часть фургона, и выбрался на козлы.
На лице Саймона мелькнуло привычное выражение легкой паники. Передавая Тритлу вожжи, он бросил на Эск умоляющий взгляд, но она как будто ничего не заметила.
– А почему? Что здесь такого самоочевидного?
Тритл повернулся и осмотрел ее с головы до ног. Раньше он не замечал эту девочку – она была для него лишь еще одной фигуркой среди лагерных костров.
Тритл был вице-канцлером Незримого Университета и привык к призрачным суетящимся фигуркам, выполняющим необходимую, но несущественную работу типа накрывания на стол и вытирания пыли в комнатах. Он был глуп, глуп настолько, насколько могут быть глупы очень умные люди. Кроме того, Тритл обладал всем тактом горной лавины и был эгоцентричным, как смерч, поэтому ему никогда не пришло бы в голову, что дети могут оказаться достаточно важными персонами, чтобы их стоило заметить.
От длинных белых волос до загнутых на концах туфель Тритл был чистейшей воды волшебником – соответствующие положению густые лохматые брови, расшитая блестками мантия и патриаршья борода, которую слегка портили желтые пятна от никотина (волшебники придерживаются обета безбрачия, но, тем не менее, любят выкурить хорошую сигару).
– Вырастешь – поймешь, – сказал он. – Но это очень занятная идея, милая игра слов. Женщина-волшебник! С таким же успехом можно выдумать мужчину-ведьму!
– Чернокнижника, – вставила Эск.
– Извини, не понял?
– Матушка говорит, что мужчины не могут быть ведьмами, – пояснила Эск. – А еще она говорит, что волшебники получаются именно из мужчин, которые пытались стать ведьмами.
– Она, похоже, очень умная женщина, – отозвался Тритл.
– Она говорит, что женщинам следует держаться того, что у них хорошо получается, – продолжала Эск.
– Очень разумно с ее стороны.
– Она говорит, что из женщин вышли бы мужчины куда лучше, чем мы имеем сейчас!
Тритл расхохотался.
– Она ведьма, – заявила Эск и про себя добавила: «Ну и что ты об этом думаешь, господин Умник?»
– Моя дорогая юная дама, мне что, полагается быть шокированным? Так уж вышло, что я отношусь к ведьмам с величайшим уважением.
Эск нахмурилась. Он должен был повести себя совсем по-другому.
– Правда?
– Да, конечно. По счастливой случайности я верю, что ведовство для женщины – прекрасная карьера. Весьма благородное призвание.
– Ты действительно в это веришь? Оно и в самом деле благородное?
– О да. Очень полезное в сельской местности. Особенно для… для людей, которые… у которых будут дети. Однако ведьмы – не волшебники. Ведовство – это способ, которым Природа обеспечивает женщинам доступ к потокам магических сил, но ты должна помнить, что это не высокая магия.
– Понятно. Не высокая магия, – мрачно отозвалась Эск.
– Точно. Ведовство прекрасно подходит для того, чтобы помогать людям преодолевать тяготы жизни, но…
– Видимо, на самом деле у женщин просто мозгов не хватает для профессии волшебника, – заявила Эск. – Наверное, все упирается именно в это.
