Сколько Лоис помнила себя, сверстники дразнили ее «толстозадой», «хрюшкой», «свининкой». И каждое прозвище глубоко ранило. Но рядом всегда был Гэри. Ее защитник.
К тому времени как Лоис окончила университет в Торонто, ей до смерти надоели издевки.
И однажды, совершенно неожиданно, как бывает в романах, мистер Чудо появился. И звали его Генри Лоусон. Они встретились на церковном собрании, и Лоис мгновенно потянуло к нему. Он был высоким худым блондином с жизнерадостным видом, мягким характером и безупречными манерами. Его отец был священником. Они провели вечер вместе, и Лоис узнала, что ее новый знакомый любит природу и детей и организовал частные детские ясли, куда родители с радостью отдавали своих отпрысков.
– Если вы не слишком заняты завтра вечером, я бы хотел пригласить вас на ужин, – сказал он наконец, и Лоис без колебаний согласилась.
Генри повел ее в популярный ресторан «Сассафрас», один из лучших в Торонто. Но Лоис, стараясь не обращать внимания на соблазнительные названия блюд в меню, заказала легкий ужин. Не дай Бог, Генри посчитает ее обжорой.
Заметив, что она ничего не ест, кроме салата, Генри всполошился:
– Вы не больны? Разве этого достаточно для такой женщины, как вы?
– Я сижу на диете, – солгала Лоис.
– Но я не хочу, чтобы вы худели, – возразил Генри, кладя ладонь на ее руку. – Мне вы нравитесь сейчас.
Приятная дрожь прошла по телу Лоис. Генри был первым мужчиной, который ей сказал такое!
– Я закажу вам стейк, картофель и салат «Цезарь», – решил Генри.
Какое счастье – наконец обрести мужчину, который не только понимал, но и одобрял ее аппетит!
Следующие несколько недель слились в восхитительную цепь свиданий. К концу месяца Генри признался ей в любви и попросил выйти за него замуж.
А Лоис была почти уверена, что никогда в жизни не услышит этих слов!
– Я тоже люблю тебя, Генри, – прошептала она, обнимая его. – И хочу стать твоей женой.
Через пять дней они поженились. Венчание состоялось в церкви отца Генри. Он и провел церемонию в присутствии Гэри и немногочисленных друзей. Лоис впервые в жизни была так счастлива.
– Где собираетесь проводить медовый месяц? – спросил преподобный Лоусон, когда новобрачные поцеловались.
– Озеро Луиза, – пояснил Генри. – Там такая романтическая обстановка.
– Идеальное место для медового месяца, – согласился отец.
Генри обнял жену за плечи:
– Надеюсь, вся наша жизнь отныне станет сплошным медовым месяцем.
Лоис была на седьмом небе от счастья.
Они уехали в свадебное путешествие сразу же после венчания. Озеро Луиза считалось жемчужиной живописного оазиса в национальном парке «Банф», в самом сердце канадской части Скалистых гор. Новобрачные прибыли на место во второй половине дня, когда солнечные лучи весело играли на спокойной поверхности воды.
– Ты голодна? – спросил Генри, едва они вошли в гостиничный номер.
Она посмотрела ему в глаза и улыбнулась:
– Ничуть.
– Я тоже. В таком случае почему бы нам не раздеться?
– О да, дорогой.
В считаные минуты одежда была раскидана по всей комнате, и Генри, уложив Лоис в постель, стал ее ласкать. Это было замечательно. Необыкновенно. Восхитительно.
– О, дорогой, как я люблю тебя, – шептала Лоис.
– Я тоже люблю тебя, – кивнул Генри, но почему-то встал с кровати.
– А теперь мы должны искупить грехи плоти.
– Что? – растерялась Лоис.
– Встань на колени.
– Разве ты еще не устал, дорогой? – рассмеялась она.
– Встань на колени, – сухо повторил Генри.
Лоис недоумевающе пожала плечами, но подчинилась:
– Хорошо.
К полному ее удивлению, он вынул из пояса брюк толстый ремень, подошел к ней и, не успела она сообразить, что происходит, сильно хлестнул ремнем по ее голым ягодицам.
Лоис вскрикнула и попыталась встать.
– Что ты…
Но он с силой надавил ей на плечи и вернул на место.
– Я же сказал, дорогая, мы должны искупить грехи плоти.
Он размахнулся и снова опустил ремень на ее зад.
– Прекрати! Прекрати! – взвизгнула она.
– Не шевелись! И не вздумай бежать! – прикрикнул он.
Лоис попыталась сопротивляться, но Генри придержал ее одной рукой, не переставая усердно работать другой. Лоис казалось, что с нее заживо сдирают кожу.
– Генри! Бог мой! Не смей.
Наконец Генри отошел и глубоко вздохнул:
– Ну вот, теперь все хорошо.
Каждое движение причиняло Лоис невыносимые муки. Кожа лопнула во многих местах, и из трещин сочилась кровь. Она не помнила, как ей удалось подняться. Говорить она не могла. Могла только с ужасом смотреть на мужа.
– Секс – страшный грех, – спокойно пояснил тот.
