Оставались кроссовки. Черные с белой подошвой. По-моему, он только в них последние дни ходил. Не в мокасинах, не в шлепках.
— Так что, Марта? Брать это платье или то красное?
— Лучше это, — кивнула я, надеясь только на одно: папа не увидит Ростика в таком прикиде. — А босоножки ты брать будешь?
— Зачем еще? — как-то резко огрызнулся он. — Что, девушки в кроссовках не ходят? И так сойдет. У меня нога еще не до конца прошла. Без каблуков обойдусь.
Не обязательно же босоножки на каблуке брать. И в них даже может быть удобнее, если хорошие взять. Сто процентов Ростик сделал углубление в подошве своих кроссовок и спрятал алмазы под стельку. И как мне до них добраться?
Брат потащил меня со своей компанией по магазинам города Кито. Его приятели помирали со смеху в соседних примерочных. После выбора платьев они собирались переодеться в гостинице, в которую определили всех, кто захотел праздновать Новый год в столице Эквадора. А потом сразу отправиться на улицы.
И каким чудом я сегодня верну Адаму алмазы?
— Ты белье купила? — спросил он, останавливаясь возле трусов. Что за дурацкая мода? Лежат горы желтых, зеленых и красных боксеров. Где нормальные цвета? И Ростик начал перебирать: — Блин, не знаю, взять желтые или красные.
Я прыснула в кулак.
— Ты что, не слышала? Тут, в Эквадоре, на Новый год надевают белье определенного цвета. Если хочешь любви в Новом году — берешь розовое или красное, если денег — желтое. Если удачу — зеленое.
Что я хочу? Чтобы Адам мне жизнь не портил.
— А желто-красных у вас нет? — спросил Ростик продавщицу на ломаном английском. Она покачала головой, и брат поджал губы. — Ладно, тогда красные. Деньги и так у меня уже есть, — подмигнул он мне.
Ох, это будет глобальная катастрофа, когда Ростик узнает, что алмазов у меня уже нет.
Странно, что я сегодня не видела Адама. Мы приплыли в порт, откуда добрались до аэропорта и за полчаса долетели до Кито. Ни в самолете, ни в автобусе я его не заметила. Конечно, не все пассажиры захотели праздновать Новый год в Эквадоре. Многие остались на лайнере — там обещали потрясающее шоу. Но нам с семьей по контракту положена другая программа. Сегодня, когда мы по приезде в Кито отправились фотографироваться к экватору, нас компания снимала на видео, явно собираясь потом использовать его в промоцелях.
И там, где проходила полоса, которая делила земное полушарие на северное и южное, Адама тоже не оказалось среди толпы пассажиров. Где же он?
Я договорилась с Назаром о помощи, а теперь страшно грустила… Какого черта?! Иногда я сама себя раздражаю сильнее, чем Адам меня.
Вернувшись в гостиницу, я выглядывала Адама в холле. А вдруг… что-то случилось. Почему же его нигде нет? Он ведь не остался на лайнере? Может быть… Ему, возможно, необходимо разгрести последствия нападения пиратов. Сегодня утром некоторые пассажиры все-таки покинули лайнер и полетели домой.
Не ну он должен появиться! Он разве алмазы не ждет? И разве… не хочет быть где-то рядом, поблизости, в новогоднюю ночь?
Новогоднее настроение проходило мимо меня. Я старалась улыбаться, чувствуя, как на душе скребут кошки. И жалобно ноют. Кито ведь замечательный город. И люди здесь дружелюбные, улыбчивые. Почему я никак не могла проникнуться атмосферой праздника?
Не хватало Адама, который зажег бы меня, как гирлянду. Которая, правда, сразу же начала бы искрить и биться током.
На экскурсии с родителями я немного отвлеклась. Брат ушел гулять с ребятами, а мы отправились смотреть достопримечательности. Кито очень своеобразный и живописный город. От зданий в готическом стиле захватывало дух, холмистая местность показывала самобытный характер, а узкие улочки с невысокими домами, что жались друг к другу, создавали особый уют. Мама вроде уже не сердилась, и я чувствовала нежную теплоту, наблюдая, как они с папой идут за руки, обмениваются улыбками и шутками. После экскурсии нас ждал шоколад ручной работы от местного превосходного шоколатье и кофе из самых свежих зерен.
Все-таки я надеялась случайно столкнуться с Адамом, когда мы вернемся в гостиницу. Кито уже начал вовсю шуметь и праздновать. На город опускался вечер, а мы собирали вещи, чтобы встретить Новый год на вершине горы с шикарным видом на Кито и оттуда запустить фейерверки.
Хотелось спросить на ресепшене отеля, не видели ли они Адама, но слишком это неловко. И лишнее.
В десять часов вечера я с родителями и остальными пассажирами села на автобус, который повез нас к канатной дороге. Брат прислал смс, что опаздывает, и сядет на автобус, который последним отходит от гостиницы, около одиннадцати.
Осталась одна надежда — застать Адама наверху. Все время, пока мы плыли в кабинке над спящими холмами, я ругала себя за это желание. Ну что на меня нашло? Это ведь, наоборот, хорошо, что в новогоднюю ночь его физиономия не будет маячить у меня перед глазами и лишний раз раздражать.
