Наконец я уложила голову на подушку, и он тут же повернул меня на бок, смачно треснул ладонью по ягодице. Оглушающе остро на грани с удовольствием. Пальцы нежно погладили ужаленную кожу, под которой разливалось тепло, и нырнули к влажной промежности. Растирали там мои соки, раздвигая складочки, и я невольно начала ерзать бедрами — так дико хотелось, чтобы его пальцы наконец погрузились в меня. С моих губ срывались умоляющие стоны. Я впивалась пальцами в подушку, беспощадно терзала ее.
Адам перевернул меня на живот, забирая пальцы. Несколько секунд томительного ожидания, и к ягодице прикоснулись губы. Так неожиданно, что я вздрогнула. А затем зубы прихватили кожу.
— Адам! — рассмеялась я, приподнимаясь на локтях. Издевается же. Тяжелая ладонь надавила мне между лопаток, вынуждая лечь обратно. Не сомневаюсь, что мои ягодицы очень аппетитные для него. Пальцы жадно впились в них, я готова была разорвать подушку, сжимая ее зубами.
Быстрые шлепки обрушились на мое мягкое место — и оно уже горело. Между ног неприлично сильно текла влага. Промежность набухла. Нетерпение выкручивало меня изнутри.
Он приподнял мои бедра, заставляя встать на колени, но грудью продолжать прижиматься к постели. Я выгнулась дугой. Колючий трепет кусал меня по всему телу.
К промежности прильнули губы. Так неожиданно! Так чувственно! Густая дрожь, будто вибрация, прокатывалась по спине, животу, бедрам. Ловкий язык слизывал мою влагу, и чудесные вспышки, одна ярче другой, взмывали внутри меня. Я громко стонала в подушку, сжимала ее пальцами, теряя рассудок от штормового прилива удовольствия.
Его губы, его язык там — это райская эйфория. И я чувствовала, как ему безумно нравится вылизывать меня, доводить до умопомешательства. Бедра уже подрагивали. Маска сползла с глаз, волосы спутались. Я блаженно прикрывала веки, улетая, кружась в звездном вихре.
Вместо языка вдруг оказались пальцы, которые сразу увлажнились в моей смазке. Они мягко вошли в мое лоно, слишком чувствительное от жажды внимания, готовое принять кое-что намного крупнее.
Я выгнулась сильнее, буквально насаживаясь на них. Адам довел меня до такого состояния, когда я уже едва сдерживаюсь от того, чтобы наброситься на него. Он это видел, был доволен. Смачно и резко припечатал ладонь к моей ягодице и перевернул меня на бок.
К спине прикоснулся жар. Рука просунулась мне под голову, и я тут же прихватила зубами кожу на его предплечье.
— Тише, тише, малышка…
Головка члена вдавилась в промежность, и лоно словно само слегка раскрылось, впуская его в себя. Адам зажал мне рот, его губы целовали плечо и шею, его пах плавно вжимался в мои ягодицы, каменная плоть погружалась в меня, наполняла до предела.
Он сам постанывал на низких вибрациях голоса. Его ладонь ловила мои стоны, переходящие в крики. Мощные бедра работали все быстрее, крепко вгоняли в меня член. Пламенные волны хлынули по моему телу. Полный экстаз. В его сильных руках, телом к телу, купаясь в его запахе, сгорая от его жара, растекаясь от его поцелуев на коже.
— Иди сюда… — Адам повернул мое лицо к себе и впился в мои губы. Его рука скользнула по моему животу в самый низ, к чувствительному набухшему бугорку. Но сразу к нему он не коснулся, дразнил ласковыми кругами возле него, пока член, не останавливаясь, двигался во мне.
Я накрыла его руку, чтобы подвинуть пальцы наконец туда, куда нужно, и почувствовала его улыбку в поцелуе. Он убрал мою руку на подушку и сам дал мне то, чего я так хотела.
Пальцы нежно терли клитор, я не в силах была сдержать лавину удовольствия, не в силах отвечать на поцелуй, только кричать. Адам другой рукой зажал мне рот и стал еще быстрее вбиваться в меня членом. Лавина росла, росла, пока в один момент внизу живота не взорвалась мощная пульсация.
Меня затрясло в райских, чудесных судорогах. Крепкие руки сильнее сжали меня. Адам ускорился и через несколько секунд разрядился следом за мной, простонав в мои волосы. По коже разбежались мурашки. Это было потрясающе… Так, что хотелось срочно еще.
Я повернула к нему лицо, погладила кончиками пальцев его щетину, встречаясь взглядом с черными глазами — слегка прикрытыми, подернутыми страстной поволокой.
Хотелось сказать кое-что приятное, ласковое. Потому что грудь распирало от нежности. И я обязательно скажу, когда точно приму решение, хочу ли быть с ним не только сегодня, но и всегда.
Ближе к вечеру мы наконец вспомнили про фрукты и ягоды и лакомились ими в постели, обмениваясь поцелуями. Я чувствовала себя счастливой. Давно так не было…
…с лета в Нидерландах. Тогда случались дни, когда я летала на крыльях счастья. Не будь мне с Адамом так хорошо, я бы не встречалась с ним, несмотря на все минусы.
В итоге они перевесили. Но то было тогда…
Сейчас я не только чувствовала себя счастливой — я чувствовала, что счастлив он. Его глаза светились, потому что я рядом. И от этого тепло в груди росло, распространялось по телу, окутывало нежными шелками сердце.
В дверь постучали. Черт. Этот стук я не спутаю ни с чьим другим. Адам махнул рукой, но я приподнялась.
