— Не волнуйся, на этих заданиях мы заменим твоих друзей, — латник снял серебристый шлем, обнажая жидёнькую чёрную шевелюру.
— Да…
— Я Алианор Твэйл, — он протянул Санчо руку, тот, не задумываясь, её пожал. Теперь Санчо боялся уже потерять лицо перед этими людьми. Только он достиг уважение в гильдии и обществе, как всё могло пойти прахом. Если он откажется от их помощи, а потом вернётся, сославшись на то, что не может выполнить задание в одиночку — все поймут, что он обычный трус.
— Санчо Бродино.
— Это не ваша семья владела лавкой свежий хлеб?
— Да, она самая.
— Я Изабелла Ферро, — к нему подошла девушка в его стёганке. Из карманов торчали два коротких кинжала.
— Ты была в храме? — Алианор посмотрел на девушку лет двадцати пяти.
— Да, мы сами похороним его. В деревне все сидят по своим домам. Трактирщик даже не пускает нас помыться в баню.
— Помоемся в озере, — бросил Алианор. — Похороним, приводим себя в порядок и наутро выдвигаемся.
Они пошли по своим делам, и за ними бежала Марта. А Санчо думал, какую выгоду он получит от кооперации с такими мощными авантюристами. На поясе латника он заметил два меча: полутораручный и короткий. И он догадывался, что он носит их не для красоты. У Санчо опять разыгралось воображение, и, идя по пустой деревне, он уже видел, как достиг вершины славы. Эти авантюристы были сильны, а значит у него есть все шансы не только вернуться домой живым, но ещё и привезти с собой сундуки с золотом.
Эти мысли его радовали, и он больше ничего не замечал. Опустевшая деревня была в другом измерении, теперь в его голове царили фантазии. Санчо мечтал о великих подвигах.
Лили снился сон. Та же заснеженная деревня, только год спустя. Старая хижина Колдифаера, где нет мебели, лишь куча тряпья в углу, где когда-то стояла кровать. За окнами хмурился вечер. Пьер с голым торсом сидел, обхватив тонкие ноги грязными руками, и смотрел в пустоту. Казалось, что вместе с ним в мёртвой деревне замерло абсолютно всё, только метель не желала подчиняться его настроению.
Находясь в полудрёме, Пьер услышал шаги. По насту снаружи кто-то шёл. Выйдя из забытья, Колдифаер посмотрел на закрытую дверь.
В неё постучались.
— Открыто! — крикнул хозяин, повернувшись к входу.
В хижину вошли два человека: рослый воин и юноша с косой рыжих волос.
— Я Жак Диног! — представился воин.
— Астольфо Грандине, — кивком приветствовал хозяина юноша.
— Что вы здесь делаете? — выдохнул Колдифаер, недовольный тем, что его потревожили.
— Эту деревню тоже уничтожила колдунья? — ответил вопросом на вопрос юноша.
— Мы пришли встретиться с ней, — Жак подошёл к Пьеру.
— Начинается метель, мы искали, где спрятаться и вошли в деревню, — продолжил юноша. — Мы хотели добраться сюда верхом, но кони полегли.
— Колдунья в прошлом году заморозила пять деревень в округе, — смотрел на Пьера Диног. — Раньше в башне жил волшебник и, видимо, он умер, и теперь там осталась его ученица. В империи хаос, она разваливается на части. Мы хотим возродить Ёрн, и для этого нам нужна поддержка сильного мага.
«Старый маг, — пронеслось в голове Пьера. — Он давно умер».
— Мы хотим пройти к башне, — смотрел на него юноша. — Думаю, завтра, когда метель утихнет, это будет возможно.
Нет так давно Пьер и сам жил в этой башне вместе с Вельгой. У них родился ребенок. Ребенок от двух сильнейших магов этой страны. Вельга связывала с ним большие надежды: «Он изменит этот мир!» Но потом парочка поссорилась, и Пьер ушёл.
И теперь он опять жил здесь, в своей старой хижине. Она казалось безмерно пустой и ужасно холодной. Питаясь поджаренными магическим пламенем зверями, Пьер большую часть времени сидел, находясь в полусознании. Ему мерещились видения, он проваливался в сон, где его кто-то звал, и там он был в мире, где счастлив. Этот мир, полный счастья, грезился ему постоянно, и Пьер всё больше и больше терял интерес к реальности.
Когда он жил в башне с Вельгой в его душе стало оживать что-то непонятное, зовущее, и он не мог спокойно жить. Это что-то стояло за его спиной и постоянно требовало чего-то. Пьер не мог понять что это, он только знал, что оно отравляет ему жизнь. Он не мог понять, что мешает ему наслаждаться жизнью в башне, и строить планы на прекрасное будущее. Но тем не менее, это «что-то» существовало, и вселяло в него неудовлетворённость жизнью, заставляло его ругаться с Вельгой, и в конце концов Пьер покинул башню и вернулся в деревню. Где вот уже полтора месяца сидел в хижине и видел сны наяву.
— Башня, — поднял голову Пьер. — Вы хотите попасть в башню?
В его глазах зажглись искорки безумия.
