Сегодня один из таких дней, когда он подвёз до дома и уехал к себе. Обычно в такие вечера я занимаюсь собой. Наполняю ванну, делаю себе масочки и разные процедуры для тела в домашних условиях. Раньше мы устраивали с Алёной такие вечера за бокальчиком вина. Но сейчас её нет, и я благодарна хотя бы за то, что она жива и здорова, что периодически даёт о себе знать, уверяя, что с ней всё в порядке. Верится с трудом, потому что каждый раз голос её подводит, и я понимаю, что она не хочет меня волновать.
– Если станет совсем плохо, ты скажи, намекни, и я город переверну, но найду тебя, – сказала я ей однажды.
Она в ответ угукала, но намёков никогда не было. То ли ситуация между ней и Кириллом налаживается, то ли… Даже не знаю, что там у них происходит.
Думая о подруге и с тоской вспоминая вечера вместе, я включаю воду и набираю ванну, добавляя ароматные масла. Налив себе бокал белого сухого, раздеваюсь и залезаю в горячую воду. Тело моментально расслабляется, обмякает, и, прикрыв глаза, я откидываю голову на специальную подушку.
Моё расслабленное состояние разбивает настойчивый звонок в дверь, который я первый раз игнорирую. Но звонок повторяется снова и снова, и, взглянув на часы, я настораживаюсь – время почти двенадцать ночи, и гостей я не жду.
Ругаясь себе под нос, я вылезаю из ванны, накидываю халат на мокрое, местами в пенке, тело и злая на того, кто решил потревожить мой покой, иду к входной двери. Открываю и замираю с открытым ртом.
– Рома? – голос дрожит, и мне приходится прокашляться. – Что ты… что ты здесь делаешь? Ты же был в Германии? – спрашиваю ошеломлённо.
– Я только что прилетел, – отвечает и без приглашения проходит в квартиру, захлопывая за собой дверь.
От неожиданности я даже не возмущаюсь и вместо этого осматриваю его с головы до ног. На нём не строгий костюм, как я привыкла видеть, а обычная футболка белого цвета и тёмно-синие джинсы. Чёрный кардиган придаёт стиля его образу. Отросшие волосы взъерошены, растительности на лице прибавилось, и мне даже кажется, что он немного осунулся. Я не видела его две недели, с тех пор, как он последний раз побывал в ресторане, и предательское сердце сделало радостный кульбит.
– Не могу больше, – проговаривает почти шёпотом, наступая на меня. – Я старался, избегал, взвешивал всё, но к чёрту! Не могу без тебя, не могу от мыслей, что не я тебя касаюсь, что не могу целовать эти губы… – он говорит так, словно признаётся в этом сам себе, и с каждым его словом я только сильнее трясусь.
Приходит осознание, что я безумно по нему скучала. Внезапно возникает желание кинуться на шею, почувствовать его объятия, вдохнуть кружащий голову запах и прижаться к его груди. Но я не в силах и с места сдвинуться, только смотрю на него во все глаза, пока Рома с каждым шагом подходит всё ближе.
Полина
Кто-нибудь, ущипните меня! Пусть это будет сон – жестокий, но нереальный, потому что я не выдержу этого снова. Его приходов, признаний, объятий и поцелуев. А потом он опять исчезнет, уедет к своей невесте, а я буду собирать себя по кусочкам. Не хочу!
– Рома… – выдыхаю я, понимая, что голос меня подводит. – Не надо… пожалуйста, – буквально умоляю.
– Нет, Полин, это больше не может продолжаться, – уверенным тоном проговаривает. Взяв меня в охапку, прижимает к своей груди, сжимая меня до хруста костей, и впивается в мои губы.
Меня предают! Все: тело, сердце, ноги…
Я слабая, потому что тоска по нему берёт верх, и моя реакция на него непозволительна. Я не должна! Не должна! Нет! Но… я не могу. Не в силах сопротивляться, оттолкнуть, выгнать из своей квартиры.
Вместо этого обнимаю Рому за шею и отвечаю на поцелуй. Напористый, страстный, дикий. Чувствую стук его сердца, оно бьётся в такт с моим – громко и взволнованно. Его запах кружит голову похлеще любого алкоголя, эти объятия сломают мои рёбра, но я сильнее вжимаюсь в мужчину, словно если увеличу расстояние, просто умру.
Кажется, ничего важнее, чем чувствовать его нет. Никого, кто мог бы помешать. Мысли выветриваются из головы, на их месте остаются лишь буря эмоций и дикое желание.
Мы уже проходили это, мы не первый раз балансируем на краю этой пропасти. Пропасть, откуда нет выхода. Паутина, в которой мы оба застряли, и нам не выбраться. Это конец.
– Я так скучаю по тебе, – со сбитым дыханием говорит Рома, оторвавшись от моих губ.
– Рома… – пытаюсь что-то сказать. Вразумить его, себя, но он не даёт – словно сорвавшийся с цепи, подхватывает меня под попу и усаживает на первую попавшуюся плоскую поверхность.
Пояс халата не выдерживает этого напора и развязывается, лишая меня последнего щита. Глаза Ромы блестят, словно огоньки на новогодней ёлке, когда он видит моё голое тело.
– Ты безумно сексуальная, – хрипло шепчет. Не дав опомниться, наклоняется и губами выхватывает один сосок.
Из моей груди вырывается стон и, откинув голову назад, я позволяю ему прикоснуться к себе. Разрешаю себе получать удовольствие, уже окончательно теряя здравый смысл. Стону, прикусывая губу, едва удерживаясь за края тумбы, словно она меня спасёт.
