Он вздрогнул от налетевшего ветерка. Больница стояла на холме Ноб-Хилл, отсюда было хорошо видно оживленный порт и набережные. С тех пор как Элиот узнал, что скоро умрет, он стал внимательнее относиться ко всему, что его окружало. Он почти физически ощущал, как бьется сердце города. Он затянулся в последний раз. Элиот решил прекратить оперировать в конце месяца и тогда же сказать дочери и Мэту о своей болезни.
Ну вот и все. Пути назад больше нет. Он уже не сможет оперировать. Ему придется отказаться от единственного дела, которое позволяло ему приносить пользу людям.
Он еще раз обдумал свое решение и почувствовал себя старым и несчастным.
– Доктор Купер?
Элиот обернулся и увидел Шармилу, индийскую студентку, которая робко протягивала ему стаканчик кофе. Она сменила белый халат на выцветшие джинсы и симпатичный топик и вся дышала красотой, молодостью, жизнью.
Элиот взял кофе и улыбнулся.
– Я пришла попрощаться с вами, доктор Купер.
– Попрощаться?
– Сегодня последний день моей стажировки.
– Действительно, – вспомнил он, – завтра вы возвращаетесь в Бомбей.
– Спасибо за приветливость и доброжелательность. Я многому у вас научилась.
– А вам спасибо за помощь. Из вас получится хороший врач.
– Вы… вы великий хирург.
Элиот смущенно покачал головой. Молодая индианка шагнула к нему.
– Я подумала… может быть, мы могли бы поужинать вместе сегодня вечером?
В одно мгновение ее смуглые щеки стали алыми. Она была скромной девушкой, и ей было непросто сделать такое предложение.
– К сожалению, я не смогу, – ответил Элиот, не ожидавший такого поворота событий.
– Понимаю, – кивнула Шармила.
Она помолчала, а потом мягко сказала:
– Моя практика заканчивается сегодня в шесть вечера. И вы уже не будете моим начальником, а я вашей подчиненной, если вас это смущает.
Элиот посмотрел на нее более внимательно. Сколько ей лет? Двадцать четыре, максимум двадцать пять. Он никогда не делал ей никаких намеков и чувствовал себя сейчас очень неловко.
– Нет-нет, дело не в этом…
– Странно, – ответила она, – а мне казалось, что я вам небезразлична.
Что он мог ответить? Что одна часть его уже умерла, а вскоре умрет и вторая? Что хотя и говорят, будто любви все возрасты покорны, на самом деле это не так?..
– Я не знаю, что вам сказать…
– Тогда ничего не говорите, – прошептала она.
Расстроенная, она пошла прочь, но вдруг остановилась, как будто что-то вспомнила, и, не оборачиваясь, сказала:
– Звонил ваш друг Мэт. Он ждет вас уже полчаса и начинает терять терпение…
Элиот пулей вылетел из больницы и бросился ловить такси. Он договорился сегодня пообедать вместе с Мэтом и теперь сильно опаздывал.
Бывает любовь с первого взгляда, а бывает такая же дружба. Элиот и Мэт познакомились сорок лет назад при довольно драматических обстоятельствах. Казалось, они не могли найти друг в друге ничего общего: Мэт – француз, экстраверт, любитель женщин и всевозможных радостей жизни; Элиот – американец, скрытный и нелюдимый. Они вместе основали винодельческое хозяйство в долине Напа и назвали его «Калифорнийский Перигор»[7]. Вина, которые они производили, – каберне, совиньон и шардоне со вкусом ананаса и дыни – были довольно известны благодаря активной деятельности Мэта, который занимался распространением вин не только в Америке, но и в Европе и Азии.
Мэт был таким другом, который всегда окажется рядом, даже когда все остальные отвернутся. Элиот мог позвать его на помощь в любое время, даже посреди ночи…
Но сегодня Элиот опаздывал, и Мэт на него злился…
Роскошный ресторан «Бельвю» на Эмбаркадеро, где они часто обедали, выходил на бульвар. Сидя с бокалом в руке, Мэт Делюка уже полчаса ждал друга на открытой террасе, с которой открывался вид на мост Бэй-Бридж, Остров сокровищ[8] и небоскребы деловой части города.
Он уже собирался заказать третий бокал, когда у него зазвонил телефон.
– Привет, Мэт, но я немного опоздаю.
– Не торопись, Элиот. Я уже привык к твоей
– О нет! Я надеюсь, ты не собираешься устраивать мне сцен, дружище?
– Что ты, старина! Ты же врач, который спасает человеческие жизни, и имеешь полное право поступать как тебе вздумается.
– Я так и знал. Ты все-таки закатил сцену…
Мэт улыбнулся. Не отнимая телефон от уха, он вошел в главный зал ресторана.
– Что тебе заказать? – спросил он, подходя к витрине с морепродуктами. – Передо мной трепещущий краб, который почтет за счастье стать твоей едой.
– Выбери что-нибудь на свой вкус. Я тебе доверяю.
Мэт положил трубку и одним кивком решил судьбу бедного краба.
Через пятнадцать минут Элиот стремительно пересек большой зал, украшенный гравюрами и зеркалами. Задев по пути тележку с десертом и толкнув официанта, он подошел к их любимому столику, за которым сидел Мэт, и сразу сказал:
– Если ты дорожишь нашей дружбой, постарайся не употреблять в одном предложении слова «снова» и «опоздал».
– Да я молчу, – ответил Мэт. – Мы заказали столик на двенадцать, а сейчас всего лишь тринадцать двадцать… Ну, как твоя поездка в Камбоджу?
