Эвелина теперь сидела на лавке, расслабившись и вытянув свои стройные загорелые ноги. На ее носу красовались большие солнцезащитные очки.
– Готово. Зови Сашку, – я плюхнулся с ней рядом. – Вот тебе. Клубника в шоколаде.
– Я не люблю такое, – она слегка скривилась. – Ешьте его сами. Ешь.
Я начал злиться. На неё. На себя.
Она смилостивилась.
– Мне нравятся в вафельных рожках. Вот это.
О, мое любимое. Ну что ж.
Я протянул девушке мороженое.
– Спасибо.
– Расскажи мне о себе, – мне надоели поиски очередной темы для разговора.
– Зачем? Я не привыкла рассказывать о себе первым встречным. Достаточно, что ты уже знаешь, как меня зовут.
– Не думаю, что мы первые встречные. Всё-таки вместе гуляем с ребёнком твоей подруги.
– Я могла бы с ним погулять и сама. Ты просто навязался.
Я решил пойти ва банк.
– К тому же я видел тебя и раньше. Несколько дней назад, в ресторане. Ты была с молодым человеком.
Она улыбнулась и повернула своё лицо ко мне.
– Ах да. Что-то я припоминаю. А я смотрю – лицо знакомое. Да, да, ты был с красивой блондинкой. Ее Ларисой зовут. Как она, кстати?
– Лорой? Ты ее знаешь?
– Да. Я познакомилась с ней там. Она была очень расстроена.
Я почувствовал кислый привкус у себя во рту. Черт.
– Слушай, если ты что-то там слышала, или ещё чего… Ну да, я расстался с ней. Девушка немного расстроилась. Это жизнь…
Эвелина хмыкнула, отвернулась.
– Я просто решил, что у меня нет времени на не очень серьезные отношения.
– Проще найти время на занятия в фитнесс-клубе, конечно, – она смерила меня взглядом. – Ну в общем-то, я никто, чтобы читать какие-либо нравоучения. Ты уже взрослый мужик.
Мне стало весело. Я рассмеялся. Заметил, как щеки Эвелины покраснели. Думаю, если бы не солнцезащитные очки, то она бы прожгла меня насквозь своим взглядом.
– Извини. И для занятий спортом я слишком занят. К сожалению.
Прикусил язык, чуть не добавив, что для занятий спортом с ней я всегда свободен.
Эвелина впервые посмотрела на меня с интересом.
– А чем же ты тогда занят?
– Работой. Как и все.
– Как и все? А я, например, не работаю.
– Это твой личный выбор.
– Мда, – она наклонилась, сорвала одуванчик. – Наверное, ещё не нашла себя. Не имею понятия, чем мне хочется зарабатывать на жизнь. То, чем мне нравится заниматься, дохода не принесёт.
– Я тебя прекрасно понимаю, – затем решился спросить. – А что тебе нравится делать?
Она рассмеялась.
– Я люблю рисовать. Портреты. А ещё я люблю играть на рояле. Но это так, для себя. Хотя я могла бы даже преподавать, – она задумалась. – Но мне это ни к чему. Отец меня обеспечивает всем, что мне нужно.
– Он же не будет делать это до конца твоих дней.
Эвелина пожала плечами.
– Вообще-то, я окончила журфак в МГИМО. Но мне не нравится. Как представлю, что придётся врать на весь белый свет.
Я вздохнул. Моя профессия здорово разочаровала бы эту девушку. Адвокат. Человек, который лжёт сам себе, защищая различных ублюдков.
– И чем же ты занимаешься целыми днями?
Эвелина озадаченно поглядела на меня. Пожала плечами, затем отвела взгляд в сторону.
– Да, в общем-то, ничем. Встречаюсь с подругами в кафе, хожу в салоны красоты, вечером – на тусовки.
Я так и не понял, говорила ли она правду. Если да, то жизнь ее была ужасно скучна.
Оказалось, что врать Никите было легко. Меня так это обрадовало, что я готова была продолжать, но в этот момент к нам подбежал Сашка.
– Велька, Велька, смотри! – он протянул кулачок, в котором что-то было зажато.
– Ну, показывай.
– А ты будешь бояться?
– Конечно, – кивнула я.
– Дядя Никита, а ты? Ты будешь бояться?
– Я не буду.
Я обернулась к Никите и наши глаза встретились. Он улыбнулся. У него все-таки классная улыбка.
– А я обещаю, что не буду бояться. Я буду защищать тетю Эвелину.
– Вельку, – поправил мальчишка.
– Вельку, – согласился он.
Сашка раскрыл ладошку. Там сидел большой июньский жук.
Я притворно вскрикнула, широко раскрыв глаза, и в это время почувствовала, как две сильные руки обхватили мои плечи. Казалось, я разучилась дышать. Его ладони были такими тёплыми.
Сашка продолжал что-то весело кричать, а я слышала его голос, словно через ватную стену.
– У тебя такая прохладная кожа, – раздался голос Никиты у самого уха.
Я вскочила, не в силах побороть эти странные ощущения. Схватила свою сумочку.
– Нам пора, Саш. Мама, наверное, уже закончила работать.
Мальчик погрустнел, но послушно протянул мне свою руку. А другую – Никите.
В машине мы сидели молча. Определение «громом поражённая» как никогда подходило мне. Пока Сашка смотрел в окно, я исподтишка разглядывала Никиту.
Я видела только его профиль, но и этого было достаточно, чтобы любоваться им. Обратила внимание, какие у него длинные загнутые ресницы. Да что со мной происходит, в конце концов?!
Он остановил машину возле салона, вышел и помог выйти нам с Сашкой. Парнишка сразу бросился внутрь здания. Мы остались стоять друг напротив друга.
– Ну что, Велька, – Никита усмехнулся. – По-моему, мы прекрасно провели время. На свежем воздухе.
– Да, пожалуй.
– Может быть, встретимся снова? Дашь телефончик?
