Решаю зайти на сайт художественного университета, там тоже выставили списки. Почему-то руки начинают подрагивать, а сердце колотится как ненормальное. Жду ли я чуда – да! Будет ли оно – сомневаюсь. Дрожащими пальцами набираю свою фамилию.
И… пять мест на бюджет…
Первые секунды даже не верю. Не может быть! Это обман зрения. Но так и есть, под номером пять Орлова Софья Евгеньевна, бюджет.
– Я прошла… Прошла! – уже кричу как ненормальная, начиная прыгать. Плевать на соседей, плевать на прическу, над которой работали три часа стилисты, на макияж. Я плачу! Плачу от счастья!
На мои крики прибегает мама, тоже нарядная, она у меня вообще красотка.
– Соня, что случилось? – обеспокоенно спрашивает меня, наверное, думая, что ее дочь сошла с ума.
Кидаюсь к ней, обнимая, чуть не валю нас на рядом стоящий диван.
– Соня! – возмущается она.
– Прости, прости, просто я счастлива! – опять кричу на всю квартиру.
– Да что случилось-то?! – требует объяснения моего поведения.
– Я прошла, мама! Слышишь! Я прошла в художественный! На бюджет! – беру ее за плечи и немного трясу.
Мама в шоке, но потом тоже начинает улыбаться, крепко обнимая, гладя по голове.
– Умничка моя! Вы обе у меня умницы, горжусь вами, – смотрит на меня уже покрасневшими глазами, по моему лицу тоже текут слезы.
– Мам, все, успокойся! – говорю твердо. – Ещё сегодня наплачешься. И Алине я сама скажу, не говори.
– Хорошо, – мама проводит пальцами по губам и машет рукой, словно выкидывает ключ.
Думаю, сестра будет рада за меня, хотя она все же хотела, чтобы я пошла на юриста.
Через полчаса за нами приезжает черная тонированная машина. За это время мы успеваем успокоиться и поправить друг другу потекший макияж.
Само торжество должно проходить в одном из дорогих ресторанов нашего города, мы выбирали из нескольких, но остановились именно на этом.
Выхожу из машины и вижу свою сестру. Сегодня Алина как никогда прекрасна. В черном пышном платье до колена. Они с женихом идеально сочетаются. Словно дьявол и его дьяволица.
Алина видит нас, оставляет своего мужа и идет к нам.
Сначала обнимает маму, а потом меня.
– Ты просто красотка, – говорю я, рассматривая ее. Это платье, кстати, было сшито на заказ.
– Ты тоже, настоящая невеста, – рассматривает меня и смеется.
– Нет, сегодня ты самая красивая невеста, – крепко обнимаю ее. – И мне нужно кое-что сказать… отойдем?
Мне уже не терпится поделиться с ней моей новостью. Мама пока подходит к жениху, и мы остаёмся одни.
– Что-то случилось? – обеспокоенно спрашивает сестра.
– Нет, все хорошо! Даже отлично! Я поступила в художественный! – ну все, сказала, жду ее реакцию, но все же добавляю: – Да, понимаю, ты была против, но это было моей мечтой, и… – но она не дает мне договорить, крепко обнимая.
– Сонька… я горжусь тобой, ты у меня такая молодец!
И я опять начинаю плакать.
– Моя студентка художественных искусств! – с гордостью говорит она, смотря на меня.
– Кто тут у нас по художеству? – слышу мужской голос рядом.
Оборачиваюсь.
Перед нами стоит высокий мужчина в белом смокинге. Легкая щетина делает его похожим на хищника, темные зеленые глаза усиливают эту схожесть, на губах играет ленивая ухмылка. Он красив, какой-то хищной красотой, словно пантера.
– Алан, познакомься, – начинает Алина, – это моя младшая сестра, Соня. Соня, это Алан, лучший друг и бизнес-партнер Демьяна.
– Рад знакомству с такой очаровательной девушкой, – мужчина галантно подает мне руку.
Немного теряюсь, отвечаю:
– Взаимно.
– Вы увлекаетесь искусством? – продолжает он, не отрывая взгляда от меня, отчего меня опаляет жаром.
– Она теперь у меня студентка! – с гордостью произносит сестра. – Будет художником!
Мужчина на это только улыбается, я бы сказала, снисходительно.
– Как вам работы Ройса?
Вопрос с подвохом? Он думает, я не знаю признанных мастеров! Все я знаю.
– Неплохо, я знаю, он очень популярный в своих кругах, признанный гений, и год назад он делал свою выставку в нашем городе. Но по мне – ничего особенного.
Вижу, как вытянулось лицо моей сестры при последней моей фразе, но не обращаю на это внимания. Меня уже несет, хочу доказать мужчине, что я что-то знаю. Чтобы убрать эту самодовольную ухмылку с его лица.
– Одни портреты, ничего нового, – добавляю я. Ну что, съел? Тут я ощущаю, как меня больно щиплет сестра.
– Эй! – возмущенно смотрю на нее, не понимая за что.
– Так меня еще никто не критиковал, – слышу смешок.
И мысли сразу же, как рой пчел, проносятся в моей голове. И хватаю только одну, главную: я явно сказало что-то не то и сейчас об этом пожалею.
– Соня, перед тобой Алан Ройс, о котором ты сейчас говорила, – натянуто улыбается сестра, и по выражению её лица я понимаю, что она готова меня убить.
Я ее понимаю, и готова сама это сделать. Как говорится, мой язык – мой враг. И если к этому еще добавить мою прямолинейность, то получится просто взрывной коктейль.
– Ну, э… – начинаю мямлить я. – Простите, это же просто мое личное мнение, и не нужно на него ориентироваться…
