Да, признаю, я хотела получить все. Но похоже, это не то, за чем я так отчаянно гналась.
Стук в дверь прерывает все, что когда-либо можно было прервать. Студенты, которых сегодня должен был принять Уотерс, буквально ломились в дверь, тем самым прервав ту самую идиллию, в пух и прах разорвав нить возбуждения между нами.
Мы мгновенно вскакиваем и хватаем все, что было на нас надето. В воздухе все еще витает чарующий аромат наших разгоряченных тел. Но теперь все, что происходило здесь мгновение назад, кажется таким далеким и необузданным. Будто бы это было не с нами. Будто бы не касались друг друга, как в последний раз, завлекая и властвуя над телами друг друга.
Нет, лишь секунда замешательства позволила такому желанному моменту раствориться в воздухе.
Мэтью натягивает на себя рубашку и почти силой затаскивает меня с моей же одеждой в руках в хранилище аудитории.
– У меня нет выбора, – напряжение и изумление, которое я слышу в его раскатистом голосе, только усиливают мое смятение, – Сиди тихо, пока я не проведу у них защиту лабораторных, – буквально, почти прорычав, бросил напоследок мне Мэтью, закрывая дверь хранилища.
В его тоне есть нечто, не дотягивающее до полноценной тревоги, но звучащее более настоятельно, чем обыкновенная просьба, и это нечто заставляет меня безропотно послушаться.
Черт, ну и куда же я опять вляпалась? Ситуация слишком абсурдна, чтобы даже думать о путях отступления.
С ума сойти, если только подумать об этом. Я, студентка второго курса технологического колледжа, сижу в полуобнаженном виде в кладовке кабинета преподавателя, с которым только что проходила физику, а конкретно тему трения тел.
За стеной я слышу шаги. Кучка сонных, весьма незаинтересованных студентов неспеша заполняют аудиторию. С каждым их шагом ощущение, что что-то здесь не так, становится все острее.
Я припадаю щекой к двери и вслушиваюсь в разговоры. Тихим, но вполне различимым шепотом раздаются смешки и догадки студентов о том, почему же Мэтью Уотерс такой растрепанный и почему же на его шее следы губной помады.
Отлично, если все вскроется, Уотерса уволят и запретят в дальнейшем преподавать где-либо, а меня попрут из колледжа. Очень увлекательно, моей жизни можно лишь позавидовать.
Время летит куда быстрее, чем я ожидала и вот уже звенит долгожданный звонок, и я выдыхаю от облегчения. Утопая в потоке своих мыслей, я и не заметила, как пара уже закончилась. Дело за малым, покинуть колледж и больше никогда не возвращаться к тому, что произошло между мной и Мэтью в этой аудитории.
Дверь аккуратно приоткрывается и входит он. Тот, кто недавно рвал на мне одежду и старался сделать все, что только могли себе представить сценаристы порнофильмов.
Мне становится не по себе, по рукам и спине бегут мурашки. Ситуация здорово начинает набирать обороты.
– Ну как ты, нормально? – Абсолютно безэмоционально, будто бы забыв о том, что мы творили друг с другом полтора часа назад, говорит Мэтью.
Я устремляю на преподавателя недоуменный взгляд.
– Все шикарно, Уотерс, – отзываюсь я с похожим безразличием, хотя внутри меня вот-вот должен разразиться вулкан ярости, – кроме того, что ты меня только что почти трахнул в своей аудитории, а потом затолкал в кладовку, и, как ни в чем не бывало, продолжил свою скучную лекцию.
Молодой преподаватель смотрит на меня с ухмылкой. Я понятия не имею, что он хочет этим сказать.
Нет, ну только подумать. Кажется, его даже забавляет вся эта ситуация. Может в этом и был его план? Относиться ко мне с предвзятостью, затем признаться, что это было лишь попыткой подобраться ко мне, заслужить мое внимание. А потом взять и растоптать меня, глумясь над моей жалкой наивностью.
Если это так, то такой трюк со мной не пройдет.
– Я не мог поступить по-другому, ты же знаешь, – спокойным, даже слишком, тоном произносит Мэтью.
– Я охотно верю тебе, Мэтью Уотерс, – я натягиваю на плечо рюкзак и собираюсь уходить, – извините, у меня совсем нет времени на интрижки с Вами, меня тут один отвратительный препод завалил на зачете и, к моему сожалению, благодаря этому идиоту я первая в списках на отчисление, так что мне пора.
Игнорируя попытки Уотерса объясниться, я покидаю злосчастный кабинет. По логике, у меня осталась еще одна пара, но простит меня деканат за то, что я ее пропущу. Как по мне, я имею вполне вескую причину не являться.
Выйдя на улицу, в нос ударяет приятный аромат свежести. Запах свободы. За всю свою жизнь, проведенную в школах и колледжах, это тот самый день, который я буду ненавидеть больше жизни.
Я прохожу рядом с оградой техникума и замечаю знакомый силуэт парня. Парня, с которым я провела прошлую ночь на пляже. Парня, который сбежал и, судя по всему, прихватил с собой мои вещи.
Мое смутное беспокойство превращается в страх, который сменяется паникой, вопросы сыплются один за другим. Я пытаюсь выглядеть спокойной, направляясь в сторону Ивана. Но трудно сохранять невозмутимый вид, когда ты не имеешь ни малейшего представления о том, что на самом деле произошло.
– Привет, – сухо, подходя к нему почти вплотную, говорю я.
