Тем временем Рон и Парвати побежали в толпу танцующих студентов. Громкая музыка пульсировала в голове и разносилась мурашками по всему телу. Поддавшись этому безумному ритму, пара начала танцевать. Расстояние между учениками было настолько маленьким, что они постоянно соприкасались, задевая друг друга. Но на это уже никто не обращал внимания. Парни и девушки просто кайфовали отбрасывая всё ненужное в сторону. Парвати изящно извивалась на танцполе и манила взглядом таких чёрных, глубоких глаз. А обтягивающее платье подливало масла в огонь показывая все достоинства фигуры. Её движения не были продуманными или заученными, нет, всё происходило само собой, тело будто знало некий танец, выполняя движения без подсказок. В какой-то момент девушка просто закрыла глаза забываясь в этом танце. Её движения стали более легкими и медленными, музыка будто проходила сквозь каждую клеточку её тела, что доставляло бездумное удовольствие. Казалось, даже её дыхание стало глубже. Рон уже не танцевал, он стоял на месте приклеившись подошвой к полу. Уизли просто стоял напротив девушки, не сводя с неё глаз. Этому невозможно было сопротивляться, да ему и не хотелось. Казалось, что ему больше ничего не надо, он смог бы простоять здесь пару часов лишь бы она была рядом, танцевала для него. Удивленный взгляд Патил устремился на парня. Тот очнулся от некого гипноза и уткнулся глазами в Парвати. Уизли показалось, что он отрезвел за эту секунду – весь алкоголь выветрился из его организма. Вокруг исчезло всё оставив их одних. Они просто стояли друг напротив друга, будто находились в каком-то отдалённом, тихом месте. Не было сейчас ни праздничного Большого Зала, ни музыки разрывающей барабанные перепонки, ни танцующих вокруг людей. Рон оторвал правую ногу от пола и сделал шаг вперёд. Теперь их разделяли всего пара ничтожных сантиметров – можно было почувствовать дыхание девушки. Оно ударялось о грудь лёгкой струйкой воздуха оставляя за собой тёплый отпечаток. Парвати была ниже, поэтому ей пришлось приподнять подбородок, чтобы посмотреть на парня. Тот в свою очередь опустил голову навстречу девушке. Это будто была их первая встреча, они пытались запомнить как можно больше деталей не сводя глаз друг от друга. Никто не произнёс ни слова. Нарушить это молчание было бы неправильным и каким-то образом это понимали они оба. В следующий момент Рон наклонился ещё ниже покрывая губы девушки своими. В ответ на это Парвати одобрительно потянулась на встречу, положив свои руки на его плечи. Парень притянул Патил за талию вплотную к себе и углубил поцелуй. Рон хотел изучить её рот своим языком: он быстро прошёлся по белоснежному ряду зубов, потом по нёбу и в конце сосредоточился на языке. Во рту чувствовался вкус огневиски, Парвати как и он сам угостилась этим напитком у Симуса. Сам поцелуй можно было сравнить с этим напитком, такой же обжигающий и пьянящий. Дурманящее наслаждение – вот как сейчас можно было описать происходящее. Секундные перерывы на то, чтобы сдёлать короткий вдох лишь усиливал аппетит. Это были весьма странные ощущения, ведь Рон впервые целовал Парвати, но что-то не давало покоя, эти губы казались знакомыми. Об этом можно было подумать, но внимание сразу рассеялось, когда Уизли почувствовал, что нежные пальцы сильнее вжались в его плечи, а из губ донёсся еле слышный стон. *** Слизеринская компания отдыхала отдельно от всех остальных. Они уселись в дальнем углу комнаты и общались между собой. Забини с Кребом и Гойлом втихаря, пока никто не видит, то и дело подливали себе и остальным жгучее алкогольное. Дафна с Пэнси сидели напротив парней, болтая о своём. Они обсуждали платья остальных девушек, их прически, макияжи, сравнивали с прошлым годом. Гринграсс отметила, что этот праздник нравится ей больше других. Паркинсон машинально кивнула. Празднование уже длился больше полутора часа. Некоторые ученики выглядели уставшими от длительных танцев, а другие были только в самом расцвете сил.
Слизеринская свита веселилась как в последний раз. Никто даже не подозревал сколько алкоголя выпили парни, но по их виду было понятно, что не меньше одной бутылки: Гойл приставал к младшекурсницам, Кребб вытанцовывал посреди комнаты, а Нотт просто уснул в своей тарелке. Только Забини еще более-менее адекватно себя вел. Хотя не удивительно, для него огневиски не так страшно действует, и не так быстро. Он может во время остановиться. Именно поэтому большую часть выпили другие. Парень, как единственный парень в их обществе взял на себя инициативу на разговор. Сейчас за столом сидели Дафна, Пэнси, Астория, и парочка других софакультетниц. Он шутил, прикалывался, и просто развлекал девушек.
